Opal Transfer

Джон-джихадист из Северного Кенсингтона

Джон-джихадист из Северного Кенсингтона

На Альбионе, конечно же, не остались безучастными к наглому убийству одного из лидеров российской либеральной оппозиции Бориса Немцова. Этого яркого, честного и прямого политика хорошо знали и уважали в Британии. Кажется, в стране не осталось ни одного СМИ, которое бы не прокомментировало это трагическое событие.

И все-таки новостью “номер 1” и главным предметом для разговоров стало установление личности омерзительного палача из ИГИЛ, известного до сих пор как “Джон-джихадист”. Причем людей больше всего потрясло не то, как в действительности звали этого кровожадного “мясника”, вызывающего тошноту своими поступками, а то, что еще совсем недавно он ходил по одним с ними улицам, заходил в те же кафе, сидел рядом в автобусе.

Его зовут Мохаммед Эмвази и он 26-летний британский гражданин. Уроженец Кувейта, он в раннем детстве оказался с родителями в Лондоне, где, по сути дела, и провел почти всю свою сознательную жизнь. Учился в обычной школе – с детской групповой фотографии смотрит улыбающийся черноволосый мальчик, в котором невозможно заподозрить будущего изверга. По признанию педагогов, в учебе звезд с неба не хватал, но и не отставал. Закончил школу. Потом сумел поступить в Вестминстерский университет, где изучал компьюторное программирование и получил степень бакалавра. В компании, где проходил практику, им были довольны и даже предлагали постоянную работу.

Но в мозгу молодого компьютерщика были другие планы. В какой-то момент Эмвази связался с радикальными исламистами, проникся их идеями и в конце 2012 года отправился в Сирию, где сперва воевал в составе повстанцев, а затем примкнул к головорезам из ИГИЛ.

Как мог парень, выросший в Северном Кенсингтоне, учившийся в благополучной английской школе и одном из уважаемых столичных университетов, превратиться в палача, который на камеру обезглавил не только американского журналиста, но и двух британских граждан, занимавшихся в Сирии благотворительностью? Ведь эти двое были его соотечественниками, людьми, как и он носившими в кармане такие же паспорта с гербом Соединенного Королевства.

“Все это совершенно не укладывается в моей голове, – с горечью и ужасом призналась мне врач-терапевт Фатима Ассем, работающая на юго-востоке Лондона, – не понимаю, как может человек, выросший и воспитанный в современной Британии, променять комфортную жизнь в этой свободной стране на поклонение культу террора и смерти?”

А правда, как такое возможно? Почему в комфортной Британии, где каждый имеет возможность на беспрепятственное выражение своего мнения, где парламент охраняет свободу слова настолько рьяно, что иногда кажется, готов запретить любые меры безопасности, лишь бы они не дай Бог не ограничили право граждан высказывать то, что у них на уме, все больше молодых мусульман готовы сменить английский язык на язык жестокого террора?

Надо ли винить в этом систему образования? Может, это она недостаточно напористо прививает нашим детям и подросткам нормы демократии, может, пора начать активно втолковывать им моральные ценности либерального общества и разоблачать человеконенавистнические теории экстремистских проповедников?

Нет, мы прекрасно знаем, что в свободном демократическом обществе такие методы не работают. Британское образование нацелено на то, чтобы предоставить молодежи доступ к знаниям, а не обратить ее в выгодную властям идеологию. После долгих дебатов правительство отказалось от идеи преподавания в школах предмета “британские ценности”, поскольку одобрение однополой любви негативно воспринимается детьми из мусульманских семей.

Социологи единодушны во мнении, что куда более важную роль, чем школа, играют семья и среда, которая окружает ребенка и юношу. Между тем, мусульманские семьи и общины обладают в этом вопросе определенной спецификой.

Недавний опрос, проведенный Би-би-си, показал, что 27% британских мусульман “с некоторой симпатией” относятся к мотивам, которыми руководствовались террористы, расстрелявшие 11 сотрудников редакции журнала “Шарли Эбдо” в Париже. Будем объективны: симпатизировать причинам, по которым двое молодых мусульман совершили это дикое зверство, еще не значит одобрять их поступок. Из этого безусловно не следует, что четверть британских мусульман пошли бы с автоматами Калашникова в руках убивать французских журналистов. Но разве “определенная симпатия” не содержит в себе некоторую степень поддержки убийц?

24% опрошенных заявили, что поддерживают насилие по отношению к тем, кто публикует карикатуры на пророка Мухаммеда. И 45% (почти половина) полагают, что нет ничего страшного в речах тех исламских проповедников, которые призывают к насилию.

По переписи 2011 года, в Великобритании проживают 2,71 млн мусульман. За десять предыдущих лет их число выросло на миллион. Можно предположить, что число это будет расти и дальше.

Можно изловить и сурово наказать Джона-джихадиста, но проблема исламского экстремизма от этого не исчезнет. Борьба в данном случае идет не между мусульманами и остальным миром. Она идет внутри ислама, и решать ее самим мусульманам.

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

Новые публикации