Podpiska

Колин Клауд: интервью с читателем мыслей

Колин Клауд: интервью с читателем мыслей

«Хочу ли я, чтобы у Колина получился карточный трюк? Наверное, нет», – думаю я, сидя напротив знаменитого Шерлока Холмса современности Колина Клауда. Мы находимся в пустынном баре возле сцены театра Shaftesbury, где проходит шоу «Иллюзионисты». В нем Колин исполняет роль ведущего и читателя мыслей. Несмотря на то, что он всего лишь на год старше меня, я чувствую себя немного неловко. Кому по душе быть разгаданной как ребус для начальных классов?

Колин просит меня загадать четыре разные цифры, произнести их мысленно, а потом выложить цепочку из оставшихся шести. Я загадываю, и затем происходит ожидаемая, но тем не менее поразительная вещь – Колин выкладывает на стол цепочку из десяти цифр. «Разгадав первые четыре цифры по неуловимым движениям твоих пальцев, я понял, как ты думаешь и определил логическую последовательность остальных», – объясняет мне он. Мне в голову, почему-то, приходят слова вора Милославского из «Ивана Васильевича»: «Скажите, это, стало быть, любую стенку можно так убрать?».

В ходе нашего интервью Колин спокойно объясняет мне, что он не волшебник, и делится интересными случаями из своей карьеры. Единственный вопрос, от которого он последовательно уходит, это вопрос о собственной уязвимости. Ведь Шерлокам Холмсам не пристало жить обыденной жизнью.

– Вы закончили университет по курсу криминалистики. Как вы потом оказались на сцене?

– Я поступил в университет в возрасте 15 лет. У меня с детства была превосходная память. Если я чего-то и не понимал, то все равно запоминал на потом. Учась в университете, я понял, что лучшие наблюдатели за людьми – это комики разговорного жанра. Они подмечают малейшие тонкости человеческой натуры и используют это потом в своих выступлениях. Тогда мне пришло в голову совместить свои знания в области криминалистики с юмором и сценой. Несмотря на то, что эти области невероятно далеки друг от друга, их совмещение стало для меня естественным.

– Какое влияние на вас оказали рассказы о Шерлоке Холмсе?

– В детстве я сходил от них с ума, они предопредилили мою будущую карьеру. Первые рассказы Артура Конан Дойля о Шерлоке Холмсе я прочитал, когда мне было восемь лет. Тогда меня интересовал только его метод дедукции, а все остальное я пролистывал. Спустя пару лет я узнал, что Шерлок – это вымышленный персонаж и очень расстроился. Но к тому времени я уже был настолько заинтригован возможностями человеческого разума, что решил стать настоящим Шерлоком Холмсом.

– Что вас больше всего привлекает в произведениях Артура Конан Дойля сейчас? 

– Наверное, сам Артур Конан Дойль, придумавший образ гениального детектива. С одной стороны, писатель верил в дедуктивный метод, а с другой – увлекался спиритизмом и разговаривал с духами. Эта дихотомия кажется мне удивительной.

– Чем бы вы хотели отличаться от Шерлока Холмса по характеру?

– Несмотря на свою проницательность, Шерлок совершенно не умеет находить с людьми общего языка. Если бы он вышел на сцену, то стал бы рассказывать о людях те тайны, которые они не хотят озвучивать и, таким образом, распугал бы всех зрителей. Когда я что-то угадываю о личной жизни людей, то никогда не делюсь этим с залом. Моя задача – не отталкивать, а увлекать людей, пришедших на представление.

– Неужели вы можете угадать тайны людей, вызванных на сцену всего на пару минут?

– Из нашего поведения и манеры говорить можно многое узнать. Мы все то и дело даем о себе множество подсказок. Я лишь выманиваю подсказки, а потом соединяю линии по точкам.

– Вы часто ошибаетесь в ваших догадках?

– Конечно, случается. Особенно с акцентами людей. В Великобритании и Америке мне довольно просто угадать, из какого  района человек родом, но даже в этих странах я иногда промахиваюсь на несколько миль. Меня раздражает, когда я делаю даже маленькие ошибки. Бывают и забавные случаи. Как-то после встречи с одной парой я спросил у своего знакомого: «Как долго эти двое были вместе?», на что тот сообщил, что они не встречаются и что каждый из них состоит в браке с другим человеком. Однако потом выяснилось, что у них была тайная любовная связь.

– Как ваше умение разгадывать людей влияет на ваши отношения с близкими? 

– Когда я был моложе, то занимался разгадыванием близких постоянно. Естественно, их это утомляло. Сейчас я могу каждый день разгадывать загадки и читать мысли на сцене, и у меня не возникает необходимости делать это с близкими. Сейчас я, наоборот, чаще пытаюсь отвлечься, переключить мысли на что-то другое. Иногда, встречаясь с парой своих друзей, я понимаю, что они только что поссорились, но не хотят это показывать и не хотят, чтобы я знал. В таких случаях довольно сложно как им, так и мне. Но, как и всегда, из затруднительных ситуаций меня выводит юмор.

– Есть ли такие люди, которых практически невозможно считать?

– Нам всем хочется быть непостижимыми, мы все хотим спрятать свои мысли от других. Однако мы все – ранимые существа, которых что-то беспокоит. Быть совершенно непроницательным и закрытым не может никто.

– Насколько уникальны ваши дедуктивные способности?

– Разумеется, я не уникален. Есть и другие люди, которые могут разгадывать людей. Важно, чтобы это искусство не попадало в плохие руки. Ведь некоторые делают то же самое, что и я, нарекая себя магами и экстрасенсами. Они наживаются на чужом горе, и это отвратительно.

– Ваше искусство когда-либо повлияло на чью-то жизнь положительным образом?

– Помимо выступлений на сцене я также езжу с лекциями, в которых рассказываю о том, как работает наш разум и насколько важен правильный настрой. Некоторые люди потом говорили, что мои лекции помогли им изменить свою жизнь.

– Каким образом?

В большинстве случаев мы программируем самих себя на успех или неудачу. Если ты десять раз в день говоришь себе, что плохо разбираешься в математике, то, действительно, перестанешь что-либо в ней понимать. Я объясняю, как давать себе правильные установки. Вместо того, чтобы думать «Я плох в математике», лучше рассуждать так: «Пока я не силен в математике, но со временем у меня все получится».

– Как вы отвлекаетесь от постоянного процесса разгадывания?

– Это непросто. Я провожу много времени в спортивном зале. Отключить голову полностью мне не удается, но переключиться на что-то другое возможно. Когда я один, то я мысленно работаю над программой своего нового шоу – придумываю, делаю записи, переписываю старое.

– Обладая способностью угадывать мысли противника, вы, наверное, хорошо играете в шахматы?

– Я играл в шахматы, когда был моложе. Тогда у меня хорошо получалось, но, если честно, скорее благодаря удаче чем навыку. Тем не менее, пока я еще ни разу не проигрывал. В последнее время, работая над новой шоу-программой, я снова начал играть в шахматы и теперь тренируюсь куда больше.

– В какой эпохе или каком времени вам бы больше всего хотелось побывать?

– В будущем, тысячу лет спустя. Со времени Шерлока Холмса прошло всего сто лет, но за это время техника ушла далеко вперед.  Но технический прогресс также и страшит меня. В последнее время люди смотрят на экраны своих мобильных телефонов намного чаще, чем по сторонам. Мы создаем новую и странную культуру, жители которой перестают наблюдать, беспокоясь о количестве лайков и комментариев в своих социальных сетях.

– Вы считаете, что жизнь рациональна или иррациональна?

– Жизнь – это некая таинственная область между рациональным и иррациональным. Наше существование увлекательно, потому что его невозможно предсказать полностью.

Интервью брала Татьяна Мовшевич

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply