Opal

Максим Аверин: «Здесь и сейчас, и больше никогда»!

Максим Аверин: «Здесь и сейчас, и больше никогда»!

Совсем скоро, 1 апреля, в Лондоне состоится моноспектакль популярного и всеми любимого артиста Максима Аверина. Несмотря на длинный гастрольный список городов, спектакль «Все начинается с любви» будет представлен в Великобритании впервые. Лидии Шафрановой удалось пообщаться с Максимом Авериным и расспросить его о спектакле, любимом стихотворении, Лондоне и путешествиях.

– «Все начинается с любви» – это спектакль на стихи и прозу разных авторов. Вы – единственный автор и режиссер спектакля, или у вас были помощники?

– Я написал монологи к этому спектаклю, собрал всю конструкцию, но главное – это поэзия удивительных авторов: Роберта Рождественского, Леонида Самойлова, Бориса Пастернака и других. Поэзия – вот помощник! Основная идея этого спектакля – выразить все то, что мне очень хотелось, но не удавалось выразить в других своих работах.

 

– На сайте вы пишете, что в спектакле звучат стихи, избранные театральные монологи, песни, которые на сегодняшний день определяют вас как человека. Но со временем мы все меняемся. Меняете ли вы список произведений исходя из своего душевного состояния, настроения, каких-то жизненных перемен?

– Спектакль меняется вместе со мной. Поскольку я сам себе хозяин, я волен, открывая что-то новое для себя, тут же использовать это в работе. Конструкция этой постановки очень подвижна, ведь это – не застывшая форма, а живой спектакль. Мне и самому так интереснее работать и не превращать это в рутину.

 

– Получается, что те зрители, которые были на вашем спектакле и придут снова, увидят нечто новое или откроют для себя какого-то нового Максима Аверина?

– Конечно, спектакли друг от друга отличаются. Особенно этот! Вот, например, в кино: ты сделал что-то – и это осталось навсегда. А театр– это живой организм, и в этом его величайшее искусство: в театре нет ничего одинакового. Этим он похож на саму жизнь: здесь и сейчас, и больше никогда!

 

– А какое для вас самое важное или центровое стихотворение этого спектакля? То, которое вы никогда и ни за что не уберете из программы?

– «Баллада о прокуренном вагоне» Александра Кочеткова, которое всем известно как «С любимыми не расставайтесь».

 

– От страны к стране, от города к городу публика меняется. Вы чувствуете эти перемены?

– Если честно, то для меня публика всегда одна – это моя публика. Я вот недавно вернулся из Йошкор-Олы и Чебоксар, завтра улетаю в Саратов, а потом будут другие, северные города. У меня нет какого-то набора действий: здесь я буду так делать, а там по-другому – это несправедливо ни по отношению к себе самому, ни по отношению к публике. Каждый зритель, который приходит, важен для меня! И мне приятно, что спектакль живет и с годами только набирает обороты, о нем больше узнают по всему миру и приглашают с гастролями.

– В театре у вас есть серьезные классические роли, но при этом есть “Глухарь”, есть телешоу, есть плотный гастрольный график. Вы, если можно так выразиться, – настоящий разнорабочий.

– А я всегда так себя и называю – разнорабочий! Более того, я вам честно скажу, что артист театра и артист кино – это две разные профессии, две разные специфики. Поэтому можно смело меня так и называть – разнорабочий. Понимаете, это такой способ существования, очень трудно усидеть на месте. Помимо театра и кино я делаю еще много другой работы, которая приносит мне такое же удовольствие. Например, я могу сказать, что я ваш коллега: я печатаюсь в СМИ, делаю интервью, работаю на радио. Также сейчас работаю над книгой. Я это все просто обожаю!

 

– То есть, это для вас такой естественный жизненный процесс?

– Да, все потому, что я очень не люблю рутинную работу. Мне нравится вильнуть куда-то в сторону, чтобы открыть для себя что-то новое. Не так давно я был в Америке и читал в университете лекции, проводил мастер-классы для студентов. Это безумно интересно! И это все то, что продолжает тебя. Почему, например, возникла потребность преподавать? Потому что в какой-то момент ты начинаешь понимать, что тебя так распирает, что уже хочется этим поделиться, начинать что-то отдавать другим. Не консервировать же это в себе!

 

– Вы сейчас в том счастливом статусе артиста, когда можете выбирать. Как вы выбираете материал для работы?

– Плюс популярности – это, конечно же, свобода выбора. Однако я всегда старался так действовать, даже когда еще не был известным артистом: я выбирал роли и понимал, что вот здесь, например, я сниматься хочу, а вот тут – ни в коем случае. Нужно выбирать только то, где ты понимаешь, что ты можешь сделать что-то новое. Но мне, слава богу, еще везло с материалом и режиссерами. А ведь сейчас с этим очень сложно! Почему опять же был создан этот спектакль – потому что мне совершенно не хочется делать спектакли, которые никого не затрагивают, ничего не приносят. Знаете, когда зрители выходят и говорят: «Ну, мило провели вечерочек!» Почему сейчас мало таких попаданий: чтобы кино выстрелило или спектакль? Ответ очень простой: когда ты снимаешь кино, делаешь спектакль или пишешь музыку, надо думать, для кого ты это делаешь, думать о зрителе, не бросать его. Есть самовыражение, а есть искусство, которое должно находить отклик. Вернуть зрителя в кинотеатры – это, прежде всего, вспомнить об этом зрителе. Вообще искусство театра, и в этом его главное преимущество, – оно должно возрождать человека. В жизни много потерь, бед и несчастий, а благодаря театру, кино, книгам, музыке, живописи человек должен реанимироваться.

 

– Часто ли вам приходится бывать в наших краях? Есть ли у вас какие-то свои особые отношения с Лондоном?

– Да, я был в Лондоне, и мне там безумно понравилось! У меня были стандартные представления о Лондоне: это что-то такое туманное, чопорное. Ничего подобного! Меня поразило, что везде – цветы, везде улыбающиеся люди. Тогда как раз вышла песня Земфиры «Мне приснилось небо Лондона», и я в эйфории от этой музыки прогуливался по городу. Но больше всего меня поразили парки! Я тогда жил неподалеку от Kensington Palace и мне нравилось там бродить. Мне повезло, я жил не в гостинице, мои друзья англичане отдали мне в распоряжение свой дом. И меня это так радовало, что я живу в центре лондонской жизни! Я считаю, что страну лучше открывать с такой стороны – с частного сектора. Также я помню, что ходил на мюзикл «Чикаго». И я, совершенно не понимая языка, сходил с ума от этой музыки, от этой постановки Боба Хосса. Думал, ну почему у нас этого нет?! Тогда еще у нас не было мюзиклов. Для меня это все было большим открытием, потому что я совершенно по-другому представлял себе Лондон, а он меня, видите, как ловко обманул!

 

– Однако Лондон – достаточно консервативный город, он очень медленно меняется. Но надеюсь, вы еще много нового для себя откроете!

– Я много езжу, и даже когда домой возвращаюсь или в другой город, в котором был много раз, я всегда замечаю какие-то изменения. Вот мой дом, он живет без меня какой-то своей жизнью, что-то с ним происходит, когда меня нет. Так же и город становится другим! Я очень рад, что моя профессия позволяет мне много путешествовать. Какие бывают переходы, какие перепады! Вообще путешествия – это самая большая часть моих расходов. Я понял, что не хочу тратить деньги на комфортную обстановку, это не идет ни в какое сравнение с возможностью увидеть что-то новое: новые города и страны. Это – счастье!

No Banner to display

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply