Opal

Частные похороны общественного значения

Частные похороны общественного значения

Констебль Кит Палмер геройски погиб, защищая дворец британской демократии

С разрешения королевы

Те из наших читателей, которые в понедельник с утра были на работе, в университете или просто отсутствовали и не имели доступа к телевидению, могли и не знать, что в этот день Лондон провожал в последний путь Кита Палмера – полицейского, погибшего 22 марта от ножей Халида Масуда во время теракта в у Вестминстерского дворца. Но те, кто видел эти похороны на телеэкранах или “вживую” на лондонских улицах, почти наверняка были удивлены тому, каких высоких почестей был удостоен скромный констебль из Скотланд-Ярда.

В тот злополучный день 52-летний террорист из Бирмингема Халид Масуд умышленно сбил на машине несколько десятков человек на Вестминстерском мосту, а затем врезался в ограду парламентского сада. После чего выскочил из автомобиля и набросился с ножами на охранявшего вход в парламентский комплекс полицейского Палмера. Безоружный констебль попытался задержать нападавшего, но тот нанес ему несколько тяжелых ранений, одно из которых оказалось смертельным. Однако проникнуть в помещение, где находились законодатели, террористу не удалось. Он был застрелен другим полицейским.

В воскресенье гроб с его телом был установлен на 24 часа в часовне “Святой Марии Андеркрофт” Вестминстерского дворца, где располагается британский парламент. Это редкая и высокая честь, которой удостаиваются в Соединенном Королевстве выдающиеся политические деятели, монаршие особы и крупные военачальники. Такое уважение усопшему может быть оказано в Британии только с ведома премьер-министра и специального разрешения самой королевы.

keith-palmerПапа номер 1

Последний раз так тихо на центральных лондонских улицах было во время похорон Маргарет Тэтчер. Траурный кортеж медленно двигался на юг столицы, в которой Кит Палмер прожил все свои короткие 48 лет. Отсюда он уходил служить в армию, здесь 15 лет назад поступил в полицию. Здесь констебль Палмер знал в лицо чуть ли не каждого второго местного жителя. И его знали очень многие. И будут помнить.

Над ветровым стеклом черного лимузина, в котором помещался гроб, слова, выложенные белыми гвоздиками: “No 1 Daddy” (Папа номер 1). Это от горячо обожаемой пятилетней дочурки Палмера.

На всем пути кортежа от Вестминстера до кафедрального собора Сазека, где должны были пройти официальные похороны, по обе стороны улиц стояли пять тысяч сослуживцев Палмера из Скотланд-Ярда и всех других полицейских дивизионов страны. В парадной форме, с наградными планками, в касках и фуражках. Соболезнования лондонским коллегам приехали выразить и офицеры из полицейских управлений Нью-Йорка, Канады, Австралии, Новой Зеландии.

Публики было относительно немного. Все-таки утро рабочего дня. Тем не менее, под колеса машин кортежа и копыта эскорта конной полиции то и дело летели цветы.

Не могу не согласиться с газетой Times, назвавшей это событие “частными похоронами широкого общественного значения”. Ведь констебль Палмер геройски погиб, защищая дворец британской демократии. Человек, совершивший это отвратительное злодеяние, был врагом нашего образа жизни, обязанного своим существованием этой самой демократии.

Но цветы – это не политический жест жителей столицы. Это скорее знак уважения горожанами своей полиции. Удивительно, но за все 188 лет своей истории Скотланд-Ярд всегда умудрялся сочетать строгость и неподкупность с корректным и, пожалуй, даже дружелюбным отношением к своим согражданам.

Бывают и проколы

Впрочем, бывали случаи, когда прославленная полиция попадала в весьма неприятные скандалы.

Как-то, уходя поздним вечером с работы, Эндрю Митчелл, считавшийся одним из наиболее влиятельных членов британского правительства, захватив с парковки свой старенький велосипед, направился к воротам, через которые обычно выезжал. По пути устало улыбнулся полицейскому из охраны, но обычно добродушный полисмен строгим голосом объявил, что с велосипедом следует проходить через пешеходную калитку. До нее было метров 10-12, и усталый Митчелл недовольно пробурчал, что до сих пор всегда ходил через ворота. “Я-то думал, что вы тут, чтобы охранять и помогать нам (дальше нецензурное словцо на f…), а не гонять министров от одного входа к другому”. Прикатив домой, Митчелл сообразил, что погорячился, и на следующий день извинился перед сержантом за нецензурное выражение. Тот извинение принял.

Но вскоре в самом тиражном таблоиде SUN появился пересказ этой истории, в котором утверждалось, что Митчелл не только употребил нецензурное выражение, но и обозвал полицейского крайне оскорбительным словом “плебс” (плебей, быдло). В результате мелкий инцидент вырос в грандиозный скандал “Плебгейт”. Громче всего протестовала Полицейская федерация – профсоюз работников полиции.

Никто не хотел верить Эндрю Митчеллу, который клялся, что ничего подобного не говорил. В конце концов опозоренный министр не выдержал давления и ушел в отставку. А позже появился доклад Независимой комиссии по рассмотрению жалоб на работу полиции (IPCC), поставивший «под сомнение правдивость и справедливость выводов внутреннего расследования этого инцидента», проведенного под эгидой полицейского профсоюза. Восемь полицейских оказались под арестом по подозрению в лжесвидетельстве. Председатель Комиссии потребовал применить дисциплинарные меры к тем старшим офицерам, к которым тянулись ниточки этого темного дела. Премьер-министр заявил в парламенте, что все виновные в сокрытии истины должны быть наказаны, а Скотланд-Ярду следует извиниться перед Эндрю Митчеллом.

В коридорах “правительственной деревни” ходили слухи, что полицейский профсоюз специально раздул эпизод с Митчеллом, чтобы отомстить министрам-консерваторам, резко сокращавшим госрасходы. В частности, бюджет полиции был урезан на 20%.

Помню, тогда один из бывших высокопоставленных командиров Скотланд-Ярда сказал в частном разговоре: “Население доверяет нам, прощает ошибки, ценит нашу репутацию. Не дай нам Бог потерять эту веру и допустить, чтобы “бобби” охраняли не простых людей, а свои корыстные интересы”.

По случайному совпадению именно в день похорон Кита Палмера приступил к работе новый глава Скотланд-Ярда. Пост комиссара лондонской полиции впервые заняла женщина –  Крессида Дикк. Обычно скептически настроенная британская пресса восприняла это назначение с доброй долей оптимизма. Особенно понравился общественности первый шаг комиссара Дикк в новой роли – в ответ на сокращение бюджета своего ведомства на £400 миллионов она потребовала урезать свою годовую зарплату на £40 000. Согласитесь, друзья, начало интригующее…

No Banner to display

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply