Opal

Отсрочка по “Брекзиту”: зачем Мэй нужны два года?

Отсрочка по “Брекзиту”: зачем Мэй нужны два года?

Британский премьер-министр предложила Евросоюзу двухлетний переходный период после «Брекзита»

Сюрприз в бархатный сезон

Во Флоренции сейчас бархатный сезон. Мягкая солнечная погода, которой славится Тоскана в сентябре, еще достаточно теплая морская вода, отличная кухня и, конечно, легкое итальянское вино располагают к расслабленному отдыху и романтическим прогулкам. Уж, во всяком случае, никак не к политическим спорам и загадкам.

Тем не менее именно во Флоренции британский премьер неожиданно заявила о необходимости двухлетнего переходного периода после «Брекзита». В течение этого времени, который в переводе Русской службы ВВС звучит как «имплементационный период», торговля со странами ЕС должна идти на прежних условиях. По словам миссис Мэй, «в течение этих двух лет доступ к рынкам друг друга сохранится в том виде, в котором он существует сейчас».

Явно заботясь о безопасности как самого Соединенного Королевства, так и стран ЕС, Мэй сообщила европейцам, что Великобритания «будет принимать участие в обеспечении нынешних мер безопасности». При этом она также считает нужным заключить новый договор по вопросам безопасности между Великобританией и ЕС, чтобы сделать их связи в этой сфере еще более тесными.

С самого начала премьерства Мэй постоянно уделяет много внимания проблеме того, как будет осуществляться после «Брекзита» передвижение граждан ЕС в Британию и жителей Альбиона – в Европу. Она активно поддерживает идею о том, что это движение, оставаясь максимально свободным, должно быть под контролем и подвергаться учету с обеих сторон. Во Флоренции Мэй сказала, что «во время переходного периода европейские граждане по-прежнему смогут свободно приезжать в Великобританию, но должны будут проходить процедуру регистрации».

Теперь она снова повторила этот тезис, но уже более уверенно и четко: «Во время периода имплементации люди по-прежнему смогут приезжать, жить и работать в Великобритании, но будет система регистрации – это важная часть подготовки к новому режиму», – цитируют Терезу Мэй британские СМИ.

20 млрд на ветер?

Надо сказать, что реакция на эту речь была разной. Мишель Барнье, возглавляющий переговоры с Лондоном от имени ЕС, назвал речь Мэй конструктивной и отметил, что она демонстрирует желание продвинуться вперед в переговорном процессе. Он также сказал, что Евросоюз готов обсудить запрос Мэй о двухлетнем переходном периоде. «Чем быстрее мы достигнем соглашения о принципах согласованного выхода в разных областях и об условиях возможного переходного периода, тем быстрее мы будем готовы начать конструктивные переговоры о наших будущих отношениях».

А вот министр иностранных дел Германии Сигмар Габриэль назвал речь Мэй «разочаровывающей», говоря, что она не дает ясного представления о том, как именно Британия собирается структурировать свой развод с Брюсселем. «Мы не услышали конкретной программы, по которой Британия намерена уходить из Европейского Союза», – сказал он.

Тем не менее одно обстоятельство Мэй выразила совершенно определенно. Она подтвердила решимость Британии покинуть ЕС в марте 2019 года. Правда, премьер-министр не назвала сумму, которую Соединенное Королевство будет готово внести в европейский бюджет в течение двух «имплементационных» лет. Эксперты оценивают эту сумму ориентировочно в 20 млрд евро. Деньги немалые, особенно учитывая сложную экономическую ситуацию в стране и выросшее за последнее время долговое бремя. Но, видимо, правительство предпочитает брать в долг, чем еще более затруднять свое положение в ходе «Брекзита».

Стоит ли игра свеч?

Что дадут два переходных года? Зачем такие значительные расходы? Четких ответов на эти вопросы пока нет. Можно допустить, что премьер-министр не хочет осложнять отношения с оппозицией, которые после июньских выборов и без того складываются непросто. Несколько недель назад Лейбористская партия наконец-то окончательно определила свою позицию по выходу из ЕС, заявив, что страна не должна покидать единый европейский рынок и таможенный союз сразу после завершения «Брекзита».

Идея установления переходного периода после 2019 года принадлежит теневому министру по «Брекзиту» Киру Стармеру. Он предложил, что старые правила должны действовать до тех пор, пока не будут заключены новые соглашения с ЕС. Это поможет избежать чехарды и сделает переход от одной системы к другой более гладким и менее болезненным.

Кроме всего прочего, считает Стармер, людям будет проще разбираться в новых правилах единого рынка труда. Сейчас они весьма просты: гражданин любой страны ЕС может работать в любой другой стране Союза.

В такой позиции, конечно же, есть своя логика. Но почти 52% британцев, проголосовавших на прошлогоднем референдуме за то, чтобы «вернуть контроль за нашими законами, нашей торговлей и нашими границами», она вряд ли устроит. Ведь в течение двух «переходных» лет придется соблюдать все требования и директивы ЕС, то есть жить так, как сегодня.

По мнению обозревателя The Times Доменика Лоусона, два дополнительных года лишь продлят период неопределенности. К тому же, в течение «имплементационного» времени Соединенное Королевство не будет допущено к брюссельскому столу, за которым принимаются решения. Это означает, что Лондон потеряет возможность влиять на правила и распоряжения ЕС.

Не нужно думать, что однопартийцы миссис Мэй придут в восторг от идеи продолжить вносить миллиарды фунтов в бюджет ЕС. Многие из них ждут не дождутся того момента, когда можно будет громко хлопнуть дверью перед брюссельскими бюрократами. Предложение о переходном периоде возникло на Даунинг-стрит неслучайно. Переговоры с Брюсселем явно буксуют и могут зайти в тупик. На их оживление понадобятся усилия и расходы, несоизмеримые с теми, что будут затрачены на «имплементационные» годы. Судя по реакции «главного переговорщика» Мишеля Барнье, руководство ЕС восприняло речь Мэй с оптимизмом. Теперь надо дождаться того, как она повлияет на процесс переговоров.

 

Photo: wikimedia.org

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply