БГ: о себе и о Лондоне

БГ: о себе и о Лондоне

В прошлом году Борису Гребенщикову исполнилось 60 лет, 40 из которых он провел в качестве бессменного лидера группы «Аква­риум», однако менее загадочным для своих поклон­ников БГ не стал. Воз­можно, это связано с тем, что Гребенщиков отка­зывается как-либо ин­терпретировать свои песни, оставляя любителям его музыки чистое поле для размышлений. Журна­листам в общении с Гребенщиковым лег­че не приходится: судя по интервью, которые мож­но найти в Сети, общение с работниками СМИ БГ не очень любит, а вопросы, задаваемые журналистами, по большей части ему не ин­тересны, и вместо того, что­бы отвечать на воп­ро­сы, Борис Бори­сович от них отшучива­ется. «Анг­лия» решила попробовать избежать этой участи и побеседо­вала с Борисом Гребен­щиковым о том, что ему самому интересно.

 

– Борис Борисович, год назад вы заявили о том, что уходите в партизаны. Ваше заявление было ошибочно истолковано журналистами, которые напугали всех ваших поклонников новостью о том, что вы прекращаете свою музыкальную деятельность. Однако вы просто решили изменить тот формат, в котором выступал «Аквариум». Скажите, вы до сих пор ведете партизанскую деятельность и каково вам в этой роли?

– Год назад ситуация была такой: посмотрев на тот климат, который сложился в шоу-бизнесе и массмедиа, я решил, что мне противно принимать во всем этом участие. А поскольку большую часть своей истории «Аквариум» на­ходился вне каких-либо «трендов», мы просто верну­лись к своему обычному сос­тоянию: мы занимаемся музыкой, мы играем концерты, но мы не участвуем в тусовках, не даем 20 интервью в неделю по любому поводу и без него, мы не светимся в «ящике», а просто занимаемся тем, чем мы всегда занимались. Вот что я тогда сказал. Почему прессе было так удобно перевернуть мои слова и сказать, что «все кончилось»? Вероят­но, им этого очень хотелось.

Однако опыт показывает, что наша гастрольная жизнь стала вдвое более насыщенной, чем раньше, но мы играем не в больших публичных залах, а в тех местах, где действительно надо играть. Стро­го говоря, выбирая между Ко­ролевской филармонией и клубом в городе Нижний Во­лочек, я все-таки выберу этот клуб по той причине, что здесь музыка есть, а там – нет.

– При этом вы все равно выс­тупаете в Royal Albert Hall.

– Да, и выступления в Аль­берт-холле для меня большая честь. Для меня Англия как была в давние времена цент­ром Европы и университетом Европы, так она им и остается. А поскольку Альберт-холл для меня главный зал Англии и, соответственно, главный зал мира, когда появляется возможность сыграть здесь концерт, я его играю.

– Но даже в Англии вы выс­тупаете в самых разных за­лах: два года назад вы давали концерт в Пушкинском доме, где было человек 50, не больше. Потом у вас был концерт в Кембриджской церкви и сейчас вы готовитесь к концерту в Альберт-холле. Как для вас отличается атмосфера на этих концертах?

– Атмосфера, может, и отли­ча­ет­ся, но главное, что мой подход и подход музыкантов вез­де остается одинаковым: вот, есть предлагаемая ситуация, как мы можем сделать максимум из нее? Мы будем играть громко, тихо; мы будем играть медленные или быст­рые пес­ни; мы будем давить звуком или мы будем шептать. Все будет зависеть от зала и от людей, которые ту­да пришли.

– И какой в этом контексте Альберт-холл?

– Понятия не имею. Надо прийти и сыграть.

 – Но вы ведь там играли уже два раза.

– Я не знаю, как будет в этот: у нас ведь совсем другой подбор песен, потому что многое изменилось в мире. Мы будем немножко другой гранью по­казывать себя.

 – Вы в России давали нес­коль­­ко концертов к своему 60-ле­тию: это та же программа?

– Уже нет. У нас каждый концерт не похож на предыдущий. Или даже так: он похож на предыдущий, но что-то уже поменялось. Одна песня меняется за один концерт, за пять концертов меняется пять песен, шесть или даже восемь. А через двадцать концертов уже неизвестно, что будет.

 – Пока я готовилась к этому интервью, я не раз наткнулась на вашу фразу о том, что вам не нравится российское медийное пространство, да и во многих ваших интервью видно, что разговор радости вам не приносит. Что вас в медийном пространстве России не устраивает?

– Объясняю: в медийном пространстве России мне не нравится чудовищная пошлость, стопроцентная ложь в любых СМИ и просто мой хороший вкус протестует против того, как работают СМИ. Не против того, что они делают – все массмедиа занимаются одним и тем же, а против того, как они этим занимаются. Я до какого-то момента это терпел, но сейчас моему терпению пришел конец, и понимаю, что терпеть это мне совершенно не нужно.

 – А есть в России исключения? Например, телеканал «Дождь»?

– Нет никаких исключений. Когда Миша (Козырев) позвал меня на «Дождь» сыграть там под Новый год, я пошел туда только при одном условии. Я сказал Мише: «Для тебя я с удовольствием сыграю концерт, но ни одного слова я говорить не буду», на что он сразу согласился. Я не хочу ничего делать против своего вкуса, мне противно.

 – Меня заинтересовали ваши последние песни, которые вы выложили на YouTube. В глаза моментально бросается стиль того, как эти видео сняты: вы там один, с гитарой, поете, играете и уходите. Это как-то связано с вашим нынешним настроением?

– Нет, просто именно эти пес­ни требуют такого подхода, пото­му что это сегодняшние пес­ни, о сегодняшних причинах, и болят они вот так.

 – Получается, вам хочется об этом говорить одному?

– Эти песни вообще с моего сольного альбома, и я не хочу втравливать «Аквариум» в сомнительное предприятие. Я сам говорю о том, что у меня наболело на сердце, и говорю об этом прямым текстом. Мой любимый «Аквариум» к этому отношения иметь не должен, потому что «Аквариум» занимается, в принципе, другим.

 – Чем занимается «Аквариум» и чем занимается Борис Гре­бен­щиков; в чем там разница?

– Разница заключается в том, что иногда меня прорывает и я начинаю говорить прямым текстом, а «Аквариум» занимается тем, что я назвал бы поэзией, поэзией музыкальной и словесной.

 – Я часто слышу от своих знакомых, что летели они в самолете из России в Лондон или из Лондона в Россию и встретили там вас. Правильно ли я понимаю, что вы часто здесь бываете?

– Скажем так, я бываю в Лон­доне примерно три-четыре раза в полгода.

 – Тогда такой вопрос: в ва­шей последней песне «При­шел пить воду» есть строчка «Будешь в Москве, остерегайся говорить о святом». Чего стоит остерегаться в Лондоне, если это стоит делать?

– В Лондоне вполне можно по­лучить по рогам, если знать, куда идти. Например, моему приятелю Дэйву Стюарту уг­рожали физической распра­вой просто потому, что он бо­гатый и машина у него есть. В Лондоне всякое случается.

 – Меня немного удивил тот факт, что интервью с вами было назначено в бутик-оте­ле в Южном Кенсингтоне, хо­тя для меня вы гораздо более органично будете смотреться в каком-нибудь Шордиче или Далстоне.

– Просто туда далеко ехать, я ведь живу у своего приятеля буквально за углом. Так, мне, конечно, ближе по настроению Шордич. Я много раз встре­чался там с очень интерес-ны­ми людьми, и восток Лон­до­на мне действительно очень нравится.

 – В давнем интервью в «Сно­бе» вы сказали, что в Лондо­не ваша русскость всплывает на поверхность. Что вы этим хотели сказать?

– Вы знаете, в Лондоне моя русскость, как, в сущности, и все остальное всплывает на поверхность по той причи­не, что здесь мне не надо «ка­муф­ляжиться», не надо мас­ки­роваться под местность. Здесь мой естественный ритм жизни: мне нет необходимости вставать рано или поздно, я встаю, когда встаю, и делаю то, что я делаю. В Лондоне я такой, какой я есть. Когда я на гастролях в городе Тотьме, там «Аквариум» напоминает военный лагерь в том смысле, что ты встаешь в определенное время, тебе нужно сделать какие-то определенные вещи, чтобы концерт получился.

 – А здесь у вас состояние свободы?

– Да, именно так. А в Санкт-Петербурге у меня простой образ жизни последние 25 лет: я встаю, завтракаю и иду в студию. У меня нет вариантов, каждый день я хожу в студию.

 – Чем же вы в Лондоне занимаетесь?

– А в Лондоне я ничем не за­нимаюсь. Вот я сейчас ду­маю: пойти мне в «Тейт» или пойти мне в парк?

 – К вопросу о свободе: недав­но один мой знакомый рас­ска­зал, как летел с вами в од­ном самолете и вы ему под­писали диск или что-то другое. И я вдруг подумала: как, наверное, тяжело быть Бори­сом Гребен­щиковым, вас же все знают и все хотят автограф.

– На самом деле это не боль­шая проблема. В России, нап­ример, меня не так просто найти: я либо дома, либо я в машине, либо я в студии. А когда я иду по улице, люди очень тактично себя ведут, за что мне хочется снять шляпу перед всем человечеством. Ни в Петербурге, ни в Москве они не тревожат меня на ули­це, а если и тревожат, то очень редко. Единственное место, где невозможно было ходить – это Коктебель. Ты идешь на пляж и через пол­тора часа пони­маешь, что ид­ти до пляжа 10 минут, а ты все это время даешь автогра­фы и до пляжа так и не до­шел. В итоге я просто перестал туда ездить.

 – «Афиша» недавно собирала ваши различные высказывания, и где-то вы сказали, что не ассоциируете себя с БГ. Как у вас это получается?

– На самом деле все просто: есть это человеческое сущест­во (показывает на себя), в ко­тором сидит душа, мозг, сердце. Но мое имя не принадлежит: мне его дали мои родители совершенно случайно, еще не зная, какой я. Это имя не имеет ко мне никакого отношения, когда это понимаешь – сразу от него освобождаешься.

Я не ограничен своим име­нем и, тем более, я не ограни­чен БГ. Ведь как люди созда­ют своего собственного БГ: вот, они слушают песню, чувствуют, что поют ее от сердца. Тогда они решают: «Я люблю БГ, я его хочу, хочу, чтобы он был моим мужем». Или просто говорят, что БГ им нравится; или, наоборот, говорят, что БГ – страшный подонок. Но какое отношение все это имеет ко мне? Есть я, есть моя песня, есть реакция людей на мою песню – и вот они создают ко­го-то, кого они считают БГ.

БГ в их представлении может быть красивым, двухметровым, надежным красавцем или том­ным юношей. Моя за­дача зак­лючается в том, что­бы весь материал, весь конструктор, из которого они своего БГ стро­ят, был чистым и искренним. Что они из этого построят – не мое дело. Это их БГ, не мой.

 Беседовала Ю.Юзефович

 

Концерт в Лондоне состо­ит­ся 16 мая

Подробности и заказ билетов

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.