Большое мимолетное чувство

Большое мимолетное чувство

«Anomalisa» («Аномализа»). Режиссеры Чарли Кауфман, Дюк Джонсон. США, 2015 год

Майкл Стоун – британец среднего возраста, который много лет назад переехал из Вели­кобритании в Лос-Анджелес, написал универсальную книгу про обслуживание клиентов и теперь прилетел в Цинциннати на конференцию. В Калифор­нии Стоуна ждут жена, к которой Майкл давно охладел, и надоедливый сын. Стоун плохо отличает окружающих его лю­дей: все они говорят одним го­лосом, выглядят на одно лицо, и даже бывшую любовницу, с которой у него были страстные отношения, он узнает не сразу. Из беспросветного одиночества Майкла неожиданно выдергивает женский голос, в который он моментально влюбляется. Обладательницей голоса оказывается Лиза – одинокая женщина со шрамами на лице, у которой уже восемь лет не бы­ло ни секса, ни от­ношений. Ли­за работает оператором в колл-центре, а в Цинциннати она приехала для того, чтобы послушать выступление Стоуна, книжку которого она прочитала от корки до кор­ки, пусть и со словарем. Впрочем, Майкла не отпугивает тот факт, что Лиза не знала слова «аномалия»: он моментально влюбляется в ее голос и готов слушать ее глупую болтовню всю оставшуюся жизнь.

Такая любовь с первого звука может показаться странной – а как же конфет­но-букетный период, совме­стные выезды за город и знакомство с родителями?

Но во вселенной Кауфмана и Джонсона странное поведение Майкла Стоуна легко объяснимо: он окружен «кло­нами», которые выглядят со­вершенно одинаково, а озву­чивает их один и тот же муж­ской голос. Пусть на конференции главный герой и рассказывает об уникальности каждого человека, в своей жизни Стоун давно не видит разницы между так­сис­том, администратором в оте­ле и собственной женой. Поэтому неожиданная встреча с Лизой и становится аномалией, или «аномализой», как Майкл называет свою новую любовницу.

Кауфман, который полу-чил свой первый и пока что един­ст­венный «Оскар» за сценарий «Вечного сияния чистого разума», хорошо разбирается в непростых романтических отношениях самых обычных людей. В фильме Гондри сценарист придумал неожиданную формулу «стирания» памяти, но если убрать все фантастиче­ские элементы, то легко за­метить, что Кауфман рассказывал зрителю о всем знакомой боли разваливающихся отношений. С одной стороны, эти отношения поскорее хо­чется выкинуть из головы и никогда больше не вспоминать, но с другой стороны, к родному когда-то человеку все равно тянет как к магниту. В этот раз Кауфман с помощью кукольных героев рассказывает историю стремительной любви, которая неожиданно падает на человека и разделяет его привычную жизнь на до и после. Что с этим чувством делать, совершенно непонятно: Майкл вроде бы и хочет рез­ко все поменять и провести оставшиеся годы с Аномали­зой, но при ярком дневном свете главный герой начинает замечать все недостатки своей новой избранницы, да и ее неземной голос все сложнее отличить от гула одинаковых мужских голосов.

«Аномализа» напоминает другую историю о поиске любви и поиске себя – фильм Софии Копполы «Трудности перевода». В кар­тине Коппо­лы одинокий мужчина про­живает нес­коль­ко дней в То­кио, снимается в глупой рек­ламе виски, никак не может заснуть и за­водит дружбу с симпатичной молодой американкой. Пусть в «Трудностях перевода» отношения двух героев не заходят дальше мимолетного поцелуя на многолюдной токийской улице, но и Коп­по­ла, и Кауфман с Джо­нсо­ном, в сущности, рас­сказывают одну и ту же ис­то­рию: самая большая любовь вашей жизни может ока­зать­ся ми­молетным и совершенно не­возможным чувством, которое обвалится на вас в безликой гостинице, а потом неожиданно исчезнет.

Юлия Юзефович

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.