Обеспеченные и образованные голосовали за Европу, остальные – за выход

Обеспеченные и образованные голосовали за Европу, остальные – за выход

Три фактора определили раскол британских избирателей на референдуме: поколенческий, экономический и имущественный

Первый звонок раздался в пятницу перед шестью утра. Я еле узнал хриплый взволно­ванный голос. «Извини, а что теперь бу­дет? Если на наши продукты установят пошлины, цены взлетят и мы потеряем всех покупателей. А тут жена говорит, что и нас отсюда вы­гонят. Пред­­ставляешь? Что мне делать?»

Звонивший был хозяином гостеприимного «литовско-рус­ского» магазина, где мы иногда покупаем любимые вкусности. Отшутиться, перевести разговор в ироническую плоскость не ре­шился. Очень уж драма­тично звучали вопросы. Я сра­зу пред­ставил растерянное ли­цо этого огромного добродуш­ного литов­ца, который с таким трудом на­ладил свой бизнес и только в последние год-два, как сам признавался, зажил наконец «по-человечески».

Успокаивал как мог, объяс­нял, что пока ни у кого нет яс­ности. Даже у капитанов корабля «брекзитиров». С тяжелым сердцем положил трубку, но потом весь день в ушах стоял испуганный голос моего знакомого, в мгновение ока потерявшего веру в будущее.

Сегодня многие сторонники членства в ЕС обвиняют в ус­пехе «Брекзита» Дэвида Кэме­ро­на, который, как они полага­ют, зря объявил этот плебисцит. Идея референдума возникла у руководства тори в 2014 году, когда накануне выборов вдруг резко выросла поддерж­ка по­пулист­ской UKIP. Выход из Евросоюза был козырной кар­той Фараджа, обещавшего та­ким способом пе­рекрыть ка­налы иммиграции. Обещав провести референдум, Кэме­рон убил сразу двух зайцев: во-первых, вы­бил козырь из рук UKIP, во-вторых, успокоил евроскептиков внутри своей партии.

После блестящей победы на прошлогодних выборах Кэ­мерон вполне мог бы обойтись без этого референдума, но обещание было дано, и хо­рошего предлога для отка­за от него не было. Консер­ва­то­ры-евроскептики хотели увести Британию из ЕС, что­бы прекратить попытки брюс­сельских бюрократов превратить эту организацию из экономической в политическую. Расправиться с евроскептиками внутри партии было сложно, а в масштабах общенационального референдума голоса кучки недовольных Брюсселем утонули бы в общем хоре. К тому же лейбористы – за членство в ЕС, значит их электорат обеспечит победу.

Трудный электорат

Чего не учли на Даунинг-стрит, так это того, что в де­ло вмешается UKIP. Попу­листы Фараджа быстро со-образили, что референдум им на руку. На прошлогод­них выборах эта партия по­лучила всего одно место в парламен­те, но при этом на­брала поч­ти 4 млн голосов – 12,6% всех избирателей. И это в том случае, когда пар­тия фак­тически выступала с од­ним-единст­венным требо­вани­ем – резко ограничить им­миг­рацию.

Но на референдуме проб­лема иммиграции стала чуть ли не основной. Аналитики давно определили категорию избирателей, поддерживающих UKIP. Это британская глубинка, жители малых го­родов Средней и Северно-Восточной Англии. Люди с невысоким уровнем образования, со скромными или низкими доходами. Их раздражают глобализация, бесят иммигранты из Восточной Ев­ропы, которые умеют быстро и хорошо работать, довольствуясь при этом весьма средними зарплатами. Они не понимают смысл современного западного политического мейнстрима, не в состоянии самостоятельно разбираться в доводах ораторов из Вест­минстера. Их пугают проис­ходящие перемены, они нес­частливы, чувствуют себя обойденными и забытыми. Им хочется по­вернуть время на­зад, чтобы оно шло против часовой стрелки.

Раньше они голосовали за лейбористов, которые по определению выступали за «рабочий класс». Но около 30 лет назад лейбористы стали избегать популистской риторики и старались держаться политического центра. Поэто­му теперь сердца их преж­них избирателей теплеют, когда Фарадж и его агитаторы в простых и понятных выражениях требуют вернуть британцам их страну, перекрыть каналы иммиграции, опустить железный занавес на границах королевства.

По сути дела это тот са­мый электорат, на который в США опирается Дональд Трамп, во Франции – Марин Ле Пен, тот, что голосует за правых популистов в Авст­рии, Нидерландах и других европейских странах.

Можно ли их обвинять в том, что они такие? Что проголосовали за «Брекзит», так и не разобравшись, чем им это грозит? Конечно же, нет. Они – значительная часть обще­ст­ва и имеют право быть ус­лышанными и представленными. К тому же они оказались достаточно дисциплинированными, чтобы прийти на избирательные участки и внести свою волю в бюллетени.

А вот продвинутая, образованная молодежь прекрасно оценила доводы сторон и предпочла остаться в ЕС, но 23 июня так и не дошла до избирательных участков и не зафиксировала свое мнение. Результат оказался плачевным: только 36% молодых людей в возрасте 18-24 лет приняли участие в референдуме. Но 70% из тех, которые все-таки дошли, проголосовали за Британию в ЕС.

Кто знает, как бы решилась судьба вопроса о пребывании Великобритании в ЕС, если бы молодежь отнеслась к ре­ферендуму более дис­цип­ли­нированно… Так, как поступила большая часть британских пенсионеров, ко­торая первой пришла на участки выразить свою волю. Как тут не сог­ласиться с из­вестным российским социологом Екатериной Шульман, которая заметила, что «на митинги ходят одни люди, а на выборы ходят дру­гие. На выборы ходят по­жилые, они и принимают ре­шения, кото­рые потом при­хо­дится вы­полнять всем остальным».

Кошелек решает

Сегодня очевидно, что раскол населения Соединенного Ко­ролевства на референдуме объясняется в основном тре­мя значительными факто­ра­ми: поколенческим, экономическим и имущественным. О третьем говорят меньше и как-то стеснительно, хотя многие комментаторы счита­ют его наиболее существен­ным. Газета «Гардиан» про­ци­тировала женщину из се­верного пригорода Манчесте­ра Collyhurst: «У кого есть бабки, голосует за «остаться», а у кого нет – за «уйти».

Вот как показательно выг­лядят некоторые цифры. За ЕС проголосовали 69% изби­ра­телей в Кенсингтоне и Чел­си; 75% – в Кэмдене, 78% – в Хакни, который в пос­ледние годы стал необычайно популярен среди продвинутой лондонской и заезжей европейской молодежи.

На другой стороне карты – откровенно бедные районы, жители которых уверенно поддержали «Брекзит»: Great Yarmouth – «за» 71%, Castle Point в Эссексе (73%), Redcar и Cleveland (66%).

Словом, «бабки» по-преж­нему решают все!

 

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

4 Comments

  • Max
    01.07.2016, 09:18

    England kak strana. Bila lychshe do 2004 goda. Ja plachy svoji nalogi v England. I nehochy soderzhatj "odinoka mamochka iz EU .I prochij sbrod kto Prijezshajut sjuda radi benefitov. I mnogije .kstati.jedy domoj posle oformlennija benefitov -chtobi sidjat na pope rovno-polychaj moji denjgi!!!

    REPLY
  • Masha
    01.07.2016, 20:00

    Почему же эта ваша "золотая молодёжь "не пришла на выборы???!!!Да потомучто им посрать что будет с ихней странной.Я не пойму почему противники выхода из ес могут демократически все выкладывать в соцсети и рьяно обсуждать ,а таких как Я обливают горном.Комон ,это же демократическая странна и каждый имеет право на голос.

    REPLY
  • Алексей
    01.07.2016, 21:18

    Добродушному литовцу, который вместе с женой боится, что их выгонят, не мешало бы напомнить про "чемодан, вокзал, Россия". Как аукнется, так и откликнется.
    Ну а то, что редакция 52% населения назвала быдлом, пусть останется на их совести.

    REPLY
  • Алексей
    01.07.2016, 21:28

    "Попу­листы Фараджа быстро со-образили, что референдум им на руку. На прошлогод­них выборах эта партия по­лучила всего одно место в парламен­те, но при этом на­брала поч­ти 4 млн голосов – 12,6% всех избирателей."
    Ого, как демократично!)) Ни разу не слышал возмущённых этим безобразием возгласов правозащитников.

    REPLY

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.