О правилах ювелиров и национальных акцентах

О правилах ювелиров и национальных акцентах

В Лондон привезли работы российского «ювелира N1» Ильгиза Фазулзянова.

Ильгиз Фазулзянов – един­ственный современный российский ювелир, работы которого продаются на аук­ционах Christie’s, и пер­вый, кто уст­ро­ил персо­наль­ную выставку в Ору­жейной палате в Крем­ле. Мы встретились с Ильги­зом и поговорили о разнице между ювелирной бижуте­рией и ювелирными украшениями, о вкусах жителей разных стран, о горячей эмали и о том, почему Ильгиз так популярен на международном рынке.

– Ильгиз, вы, конечно, гени­альный ювелир, но почему из огромного количества мас­теров из России на международных рынках знают только вас?

– Гениальность – она не в че­ловеке, она зависит от того, какие люди его окружают, какой посыл дают. Что каса­ет­ся дизайна в России, то в этом направлении еще работать и работать, потому что большинство ювелиров одним или двумя глазами смотрят, что происходит на мировом рынке, и пытаются как-то это исправить на свой лад, но часто искажают, и выходит непонятно что. Хотя с точки зрения техники – это отличнейшие мастера. Может быть, даже лучше, чем в Европе. Недавно за круглым столом представитель нашего профи­ля из Японии сказал, что со­вершенное украшение могут создать люди, которые много путешествуют, много видят и много осознают. Не все ювелиры могут себе это позволить. Чтобы сделать то, что будет цениться во всем мире, надо попытаться понять и осмыслить каждого человека в каждой стране, ведь вкус и менталитет у людей разные.

Подвеска «Снегири» завоевала высшую награду International Jewellery Design Excellence Award в Гонконге в 2011 году

Подвеска «Снегири» завоевала высшую награду International Jewellery Design Excellence Award в Гонконге в 2011 году

– В чем эта разница?

– В Японии любят мелкие детали, розовый цвет и упро­щенные вариации. Во Фран­ции ценятся упрощенные ук­рашения с классическим под­ходом к ювелирным техникам. Коренные англичане считают, что украшение должно выглядеть как будто это какое-то старое наследие – ценится основательность классики, ко­торая в то же время является арт-объектом. В Нью-Йорке и Лос-Анджелесе важны яркие пятна, крупные вещи. Важно путешествовать и понимать специфику вкусов. Те, кто «ва­рится» в своей среде, не могут создать свой стиль. А ведь русский стиль уникален. Сейчас я создаю коллекцию, которая основана на русском арт-деко и работах Васнецова.

– А на остальные работы кто или что вдохновляет?

– Обычно я не делаю коллекции. Эта будет первой. Каж­дая моя работа связана с конкретной историей: что-то увидел, с кем-то познакомился, что-то произошло на одном континенте, что-то на другом, и все это очень разное. В сво­их работах я как бы записываю все, что со мной происходит, как в днев­ник. Возьмем ра­боту «Ласточки под дож­дем»: мы с женой отдыхали в Турции, пошел дождь, в небе было много лас­точек. Чтобы как-то запечатлеть эту красоту, я создал эту работу. Или тема репейников – это мое путешествие по Шотландии. Там я создал много работ с мотивами заката, холода и ре­пейников. Основа мо­их ра­бот – золото, а любимый ма­териал – эмаль. Для меня это как краски для ху­дожника, с помощью которых я могу от­разить все, что хочется.

– Сегодня эмаль очень редко используется в ювелирных изделиях, как вы к ней пришли?

– У меня нет ювелирного об­разования. Я закончил Казан­ское художественное училище без защиты диплома. В конце 1980-х в Таджикис­тане решили организовать национальное ювелирное произ­вод­ство. Ме­ня нап­равили в Душанбе обучаться ювелир­ному делу, ко­неч­но, никто нас ни­чему не научил. Но когда я вернулся домой, мне стали нести цепочки, коль­ца то на ре­монт, то на пе­редел­ку. Я взял бэ­ушное оборудо­ва­ние у дру­зей-стомато­ло­гов и начал чи­нить, по­том стал делать изделия из серебра. И уже че­рез два года полу­чил гран-при сре­ди му­сульман­ских государств за оформление Кора­на. С 1996-го я стал соединять европейские и на­циональные традиции ювелирного искусства булгарских татар, к которым принадлежу. Тогда мне впервые в руки попала эмаль. Тогда я понял, что в ювелирном ис­кусстве нет предела. Теперь я владею всеми техниками и могу создавать что хочу.

– Всеми? Но ведь найти ювелира, который владеет всеми техниками, довольно сложно?

– Да, но если для какой-то ра­боты нужно выучить что-то новое, я овладею этой техникой в совершенстве. Такой у меня характер. Обычно я ис­пользую старинные техники, я ведь создаю классические ювелирные изделия. Сегодня большинство компаний работает в более современных техниках, но их продукция среди мастеров называется не «ювелирные изделия», а «ювелирная бижутерия». То есть все технологии взяты из би­жутерии, все винтики, болтики и крепежи упрощаются, свариваются, чтобы изделия можно было делать массово. Если те же Chanel и Bvlgari делают что-то на заказ – это ювелирные изделия, но то, что идет в магазины – это би­жутерия. Хотя обычный покупатель не всегда может это отличить, и даже цена не яв­ляется ориентиром.

– Какой у вас темп работы?

– Работа над изделием в среднем занимает два месяца. Я могу, конечно, поставить большой бриллиант и успокоиться, если кто-то закажет, но это не мое, я считаю себя больше художником, чем ювелиром. У меня есть мастерская, мне по­могают 2-3 человека. За счет хорошо выстроенного процесса в год мы делаем 300-350 эксклюзивных работ.

– На вас как-то влияет кризис в России?

– У художников кризисов, кро­ме творческих, не бывает. Я живу всем миром, и мои кли­ен­ты – люди, которые иск­рен­не любят искусство, для них кризиса не существует. Тем более это не стоит миллионы. После выставки в Кремле среди моих клиентов стали появляться коллекционеры произведений искусства, а не просто ювелирных украшений. Музей Кремля даже приобрел 20 мо­их работ для выставки.

До 15 октября работы Ильгиза можно посмотреть в бутике Annoushka по ад­ресу 41 Cadogan Gardens.

Кристина Москаленко / Kristina Moskalenko
Фото из архива Ильгиза Фазулзянова 

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.