tickets
tickets

На никелевой луне

На никелевой луне

Что приходит вам в голову при упоминании города Норильск? Никель, холод, плохая экология… О самом северном населенном городе в мире мало кто задумывается, пишет или снимает.

Уникальное место, построенное заключенными, где зима начинается в сентябре и заканчивается в мае, где летом всегда пасмурно, где под землей спрятано полезных ископаемых на сто с лишним лет непрерывной добычи и где неисследованными остаются целых 75% территории – эта странная и загадочная земля для большинства людей словно не существует.

До 90-х годов Норильск фактически был закрытым городом: иностранцев в него не пускали. Затем случился период недолгой оттепели, но в 2001-м город-завод снова закрыли для иностранных посетителей.

Тем удивительнее кажется, что канадский режиссер Франсуа Жакоб (Francois Jacob) не просто заинтересовался городом-загадкой, но и организовал в Норильске съемки документального фильма «Луна из никеля и льда» (A Moon of Nickel and Ice) и, кажется, по-настоящему сдружился с горожанами.  

Жакоб рассказывает о Норильске через истории тех, кто это город больше всего любит и ненавидит: бывшего шахтера, директора театра, узника Норильлага, студента, мечтающего только об одном – уехать.

Люди пускают вооруженного камерой Жакоба к себе домой, на репетицию, на работу, едут с ним в автобусе в минус 40 и возвращаются ночью в пургу пешком в блочную девятиэтажку. Одни не стесняются в выражениях, другим немного неловко и они аккуратно подбирают слова. И все это – на фоне суровых пейзажей: «брежневская» застройка, гигантские грузовые машины и странные механизмы, клочья снега под страшным ветром, дым из десятков труб и, неожиданно, среди темноты, вдали, словно искра – расплавленная руда, которую прямо на воздухе переливают из печи в конвертер.

Франсуа Жакоб родился в Канаде, и многое из обыденного для русского глаза ему непривычно: кухни с цветастыми клеенками, водка с закуской, промзоны, заброшенные дома – ему все это кажется символами если не полного упадка, то грядущего заката. Режиссер уверен, что Норильск умирает. Он хочет разобраться в истории города, сохранить исчезающие истории людей, замерзших и погибших про строительстве шахт и заводов, находит воспоминания заключенных, возводивших «старый город» – ныне заброшенный концлагерь, с которого и начался Норильск.

Норильск Жакоба производит гнетущее впечатление. Однако в этом и есть главная особенность авторского документального кино – оно отражает определенную точку зрения. Любой город можно показать и умирающим, и процветающим. Возьмите, например, камеру и пройдитесь с ней по лондонскому Dagenham Dock – увидите полный упадок и разложение. 

Взгляд Жакоба цепляется за грустное, страшное и ему, как человеку из другого мира, непривычное: вот бывший шахтер утром кормит кошку и отправляется в токарный цех, застывший во времени – крашеные стены, портрет Ленина в желтой корке пыли. Вот полиция снимает с крыши активиста с флагом: ему запретили почтить память погибших при «Норильском восстании» 1953 года. Вот в пургу по сугробу бредет бродячая собака…

Как бы там ни было, лучше посмотреть на Норильск глазами невеселого Франсуа Жакоба, чем не знать о городе вообще ничего. А ведь его история и вид зачаровывают… Так что фильм выполняет главную задачу любой хорошей документальной ленты – вызывает желание узнать о Норильске как можно больше.

Фильм A Moon of Nickel and Ice показали в Лондоне в рамках фестиваля Open City Docs, который уже седьмой год подряд знакомит зрителей с лучшими режиссерами-документалистами со всех концов света.

Подготовила Елена Майорова

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

Новые публикации


This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.