Разве памятники ставят, чтобы их сносить?

Разве памятники ставят, чтобы их сносить?

Аргументы через века

Представим себе фантастическую ситуацию: ученые совершили выдающееся открытие, в результате которого человечество получило доступ к новой исключительно эффективной и дешевой энергии. Это революционное достижение сделало ненужными колоссальные усилия и затраты на строительство новых электростанций, на добычу и переработку нефти в труднодоступных районах планеты и на морском шельфе. Повседневная жизнь человечества вдруг стала проще, легче, веселее. Благодарные земляне назвали именами героев улицы городов, высшие учебные заведения, поставили им большие и красивые памятники.

Но постепенно стало очевидно, что эйфория была преждевременной. “Счастливая энергия” (СЭ) оказалась не столь безвредной, как представлялось вначале, а стоимость нейтрализации негативных последствий ее применения выросла до таких чисел, что превысила вариант развития, базировавшийся на традиционных энергоресурсах: нефти, солнечной, ветровой и прочих естественных энергиях.

Тут вспомнили о тех немногих оппонентах счастливой энергии, которые еще в середине 21-го века предупреждали о возможных негативных последствиях ее массового применения. Тогда, 200 лет назад, никто не хотел вникать в смысл их контрдоводов, а противников СЭ обзывали завистниками, злопыхателями, лжеучеными. Но спустя два века все-таки удалось доказать, что аргументы критиков были справедливы. Возникло движение, требующее всеобщего осуждения изобретателей СЭ и политиков, активно участвовавших в ее распространении.

Зачем вам Энгельс, сэр?

Некоторое время назад британские СМИ поведали о некоем соотечественнике, который, поработав в России, привез оттуда скульптуру немецкого социалиста Фридриха Энгельса. Теперь собирается добиться разрешения на установку в родном городе.

Как и все выпускники советских вузов, я проходил и сдавал экзамены по предмету, который назывался “Основы марксизма-ленинизма”. И хотя имя Энгельса в заголовке курса не значилось, этот немецкий богач и промышленник фигурировал в учебнике многократно. Однажды я даже прочел его книгу “Происхождение семьи, частной собственности и государства”. Одну из его фраз я запомнил на всю жизнь: “Ничто так не разрушает будущую семью, как длительное пребывание в женихах”. С тех пор отношусь к этому заядлому другу Карла Маркса с некоторым уважением и даже интересом. Но, честно говоря, ставить ему памятник, да еще на островах, где зарождался капитализм, все-таки поостерегся бы. Мало ли кому из местных эта безобидная идея покажется не вполне гениальной…   

Впрочем, Британия уже вовсю подключилась к “памятникосвержению”. В Оксфорде университетские власти едва сумели сохранить статую одного из крупнейших бизнесменов 19-го века Сесиля Родса, который, кстати, пожертвовал огромные деньги на развитие своего родного университета.

Менее успешной оказалась борьба части жителей Бристоля за то, чтобы уцелели памятник и большой концертный зал имени Кольстона – самого щедрого мецената этого английского города. Причина, по которой был убран его памятник с одной из центральных площадей, – в 17-м веке Кольстон был одним из руководителей огромной рабовладельческой компании. Между прочим, бизнес этот в те времена был совершенно легальным, и никаких законов этот человек не нарушал.

Есть основания полагать, что на этом “свергатели” не остановятся. В Британии немало каменных статуй, посвященных людям, чей моральный авторитет запятнан неблаговидными поступками.

За янки или за джони?

Теперь это явление перекинулось на США. Там с большим размахом сбрасывают с постаментов статуи героев Юга, отличившихся в ходе Гражданской войны. Уже не сидит на своей лошади главнокомандующий армией южан генерал Роберт Ли. Не найти и памятник президенту Конфедерации Джефферсону Дэвису.

Однако не у всех современных американцев это вызывает восторг. Памятник герою Гражданской войны в США генералу Борегарду, который сражался на стороне проигравшего Юга, в Новом Орлеане сносили глубокой ночью под усиленной охраной полиции. Лица рабочих были закрыты масками, на грузовиках залеплены номера. В одном только Новом Орлеане за месяц снесли сразу четыре монумента.

Но лидеры движения за демонтаж памятников считают, что этого недостаточно, и требуют убрать их с улиц и площадей всех без исключения американских штатов. Они заявляют, что такие памятники символизируют собой наследие расизма и рабовладения. “Настал момент прощания с той главой нашей истории, когда доминировала идея превосходства белой расы, – говорит активистка движения Анна Эдвардс. – Эти памятники поставили уже после Гражданской войны, возможно, частично в честь ветеранов и погибших солдат. Но в действительности это символы того общества, которое могло бы сложиться в Америке, если бы южане победили”.

Противоречия между промышленно развитым Севером с наемными работниками и сельскохозяйственным Югом, где на плантациях трудились чернокожие рабы, копились годами. И диаметрально противоположный взгляд янки, то есть северян, и джонни, как называли южан, на рабовладение стал одной из главных причин распада страны. Гражданская война между северными штатами и Конфедерацией южных штатов началась в 1861 году. Она длилась четыре года и стала самой кровопролитной за всю историю Америки. Число погибших превысило 620 тысяч человек.

Движение против колонн, скульптур и барельефов южан и их красного флага активизировалось в июне 2015 года, после того как 21-летний белокожий Дилан Руф ворвался в афроамериканскую церковь в Южной Каролине и расстрелял девять человек. На снимке, найденном позже в интернете, будущий убийца позировал с главным символом Конфедерации. По решению властей в нескольких штатах эти флаги убрали с правительственных зданий. Там, где городские власти медлят со сносом, в дело включаются самые обыкновенные вандалы. В ход идут краски, кувалды, кирки.

Война с памятниками, кажется, не собирается стихать. Наоборот, она мобилизовала тех, кто не согласен с такой трактовкой истории. В Техасе и Пенсильвании на защиту памятников героям Конфедерации встали вооруженные протестующие. Лозунги о недопустимости переписывать историю подкрепили кольтами и полуавтоматическими винтовками. Пока, слава богу, удается митинговать без единого выстрела.

Основу сопротивления составляют умеренные консерваторы. “Это варварство, — уверен Пьер Макгроу, глава комитета защиты памятников Конфедерации Нового Орлеана. — Никто не спорит, что рабовладение — это плохо, но то были другие времена. Судить людей того времени по нынешним меркам, попытки переписать историю – безумие”.

Photo: geograph.org.uk

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.