Opal

Александра Толстая: жизнь после русского олигарха

Александра Толстая: жизнь после русского олигарха

Когда вы думаете о подругах олигархов, какими вы их себе представляете? Избалованными, заносчивыми, брезгливыми, надменными, раздающими указания направо и налево, купающимися в деньгах, готовыми на все, лишь бы удержаться на теплом местечке? Тогда вам срочно нужно познакомиться с Александрой Толстой. Благородная, красивая, утонченная, с отличным чувством стиля, совершенно простая в общении, она не вписывается в привычный стереотип. Больше британка, чем русская, девушка с богатой биографией, дальняя родственница Льва Толстого, она прошла через многое. И еще через многое ей предстоит пройти. Когда мы встретились с Александрой в первый раз, в августе, ей предстоял тяжелый суд, который должен был решить, останется ли ей и детям дом в Лондоне, который ее бывший гражданский муж Сергей Пугачев оформил в качестве траста на троих детей, Алешу, Ванюшу и Марусю (8, 7 и 5 лет). К сожалению, суд Александра проиграла, и наше интервью получилось совсем не таким, как мы планировали. Но мне почему-то кажется, что все у нее будет хорошо, иначе просто не может быть – такому доброму, искреннему и целеустремленному человеку обязательно откроются двери в будущее. Сейчас Александра старается посвящать максимум времени детям, при этом не отказывается от подработки, а ее «Инстаграм» @alexandratolstoy быстро набрал более 13 000 подписчиков – не удивительно, ее улыбка, уникальный стиль в одежде и искренние фото с детьми не оставят равнодушными никого.

— Александра, расскажите коротко о суде и событиях, которые к нему привели?

— В Лондоне мы с Сергеем начали жить в 2011 году, когда его в России убрали с должности сенатора, и ситуация казалась небезопасной. Он открыл в Лондоне офис, из которого управлял своими активами. А в июле 2014 года по требованию российского Агентства по страхованию вкладов, расследующего банкротство Межпромбанка, которым владел Сергей, суд Лондона вынес решение об аресте его активов: счетов и собственности. Но «замороженное» имущество в Англии – это еще не причина для беспокойства, потому что фактически у тебя ничего не забирают. Ты просто должен постоянно отчитываться о тратах, декларировать их.

Вся проблема с активами в Лондоне состояла в том, что Сергей оформил их на детей, но не напрямую, а в качестве трастового фонда, и в итоге судья решил, что это было оформлено фиктивно. А это значит, все пойдет на покрытие долга в России, несмотря на то, что все активы Сергея в России, которые арестовали, должны были покрыть долги с лихвой.

— Сложно поверить в то, что английский суд присудил дом агентству, а не детям, которые в нем родились и выросли…

— Да, это просто ужасно. Но мне кажется нелогичным, что у Британии такие сложные политические отношения с Россией, и при этом британский суд безоговорочно принял иск против Сергея со стороны России на сумму более 1 млрд фунтов.

Конечно, Сергей допустил несколько ошибок в процессе суда, я думаю, он не верил, что здесь у него что-то могут отобрать, но когда активы заморозили, он испугался и поэтому решил бежать, нежели доверять адвокатам.

— Он, наверное, не верил, что могут все забрать?

— Сначала не верил, конечно, но потом вспомнил, как полиция нашла, что российские адвокаты ставили датчики на наши машины, чтобы за нами следить, вспомнил своих друзей – Березовского, Литвиненко… Его спугнуло, когда судья попросил отдать все паспорта и поставил запрет на выезд из Великобритании. С этого момента началась катастрофа. Он просто сбежал. Ночью, никого не предупредив. Оставив меня и детей без денег. Не остановил его и тот факт, что накануне я узнала, что беременна – мы очень хотели четвертого ребенка, но никак не получалось, до этого было два выкидыша… Но и эта беременность оборвалась из-за такого стресса.

Я помню, как утром мне позвонил его охранник и сказал, что Сергея не будет. Без каких-либо объяснений. Через неделю заехал и собрал все вещи Сергея. Тогда я поняла – он не собирается возвращаться.

А потом к нам пришли с обыском от российской стороны, забрали каждый компьютер, каждый телефон, чтобы скопировать все файлы, переписки…

После я получила сообщение от Сергея, что я должна приехать во Францию с детьми. Мы съездили, но я четко дала ему понять, что мы останемся жить в Британии. Потом все было крайне странно. Он звал нас прилететь к нему на частном самолете, но при этом не давал денег на еду, например. Так он хотел вынудить меня переехать. Но я стояла на своем: я и дети останемся в Англии. Поэтому с тех пор (март 2015-го) мы с ним не виделись.

— Его совсем не смущало, что его же дети останутся без дома?

— Он даже не хотел, чтобы я нанимала адвокатов, уверял, что решит все сам. Друзья мне говорили, что я сумасшедшая – идти против Российского государства без адвокатов, что у меня нет шансов на победу. Я поняла, что Сергей будет тянуть до конца, но все равно не поможет. Наняла адвокатов и начала череду судов. Суд разрешил использовать деньги из траста для оплаты адвокатов. И еще они выиграли для меня право получать деньги на проживание, пока шел процесс. Не очень большие, но хорошие деньги каждый месяц. Мне тогда сказали: «Вы понимаете, что если вы поедете во Францию к Сергею, у вас отнимут эти деньги, потому что решат, что между вами есть уговор».

— То есть, деньги у него были, чтобы помогать, это просто был механизм манипуляции?

— Да, чтобы нас заставить переехать. Он не платил за школу, но в то же время жил в замке во Франции с 15-ю работниками. А мне приходилось занимать деньги у подруги, чтобы покупать продукты. Я продавала вещи. Его выбор – не помогать нам, жить отдельно, вот уже два года он не видит детей.

— Наверное, самое сложное было – объяснить детям?..

— Сначала – нет, потому что они привыкли, что он мог подолгу отсутствовать. Например, мы жили то на острове в Карибском море по три месяца без него, то в замке во Франции, пока ездил в Москву, в Лондон… За детьми всегда следила я. Сергей ложился в четыре утра, вставал в три часа дня. Он не знал ни их расписания, ни что они любят есть, но, конечно, любил играть с ними, баловал. Сейчас, когда прошло достаточно времени, дети поняли, что папа не вернется. Я не скрываю от них факты, но, конечно, никогда не говорю о нем плохо. Ванюша, средний, даже вчера сказал — ему очень тяжело, он очень скучает по папе…

— Почему, как вы думаете, он сбежал, ничего не сказав? Он думал, что вы пойдете против него?

— Мне кажется, он это сделал для большего драматизма, чтобы привлечь к себе внимание. Он и день выбрал специально – когда мы должны были праздновать 80-летие моего папы.

— То есть, он уже два года живет в замке во Франции один?

— Это последнее, что у него осталось. Все остальное он проиграл в суде. Страшно представить, что будет, если у него заберут этот замок.

— Что в итоге постановил суд? Дом не ваш, но вам пока разрешили тут остаться?

— По закону, при банкротстве человека его жена и дети имеют право год жить в доме, чтобы наладить свою жизнь. А через год этот дом продадут, чтобы покрыть долги в России. Я даже думать об этом не могу…

— Это был ваш первый совместный лондонский дом?

— Да. Сначала я приехала сюда одна, потому что забеременела Алешей на раннем периоде наших отношений, и Сергей тогда был сенатором, мне кажется, ему было неудобно и стыдно, ведь он православный, а тут так произошло…

— Стыдно было, потому что не женаты?

— Да. Сейчас я понимаю — он никогда не собирался на мне жениться. Ему нравилось, чтобы я зависела от него. Поэтому он решил, что я и во Францию за ним побегу, ради денег. Но он ошибся. Я гораздо сильнее. Я готова бороться и сделать так, чтобы у моих детей было счастливое будущее.

— Как вам сейчас удается зарабатывать?

— Частично мы живем на деньги, которые я получила за интервью, иногда беру небольшую работу. Но это нерегулярно, никогда не знаешь, на что рассчитывать, а мне нужно поддерживать троих детей, при этом успевать забирать их со школы. Я даже рассматриваю возможность переехать жить в Россию.

— У вас в России есть поддержка?

— Да, очень хорошая. Но важно найти работу, и это очень сложно.

— А вы сколько времени прожили в Москве до того, как познакомились с Сергеем?

—Я жила с 2005 по 2010 год, а до этого долго жила с 1992 года. Папа отправил меня в Москву в 18 лет учить русский язык. До этого я говорила только по-английски. Я и познакомилась с Сергеем, потому что меня попросили давать ему уроки английского.

— Какое-то время, наверное, вы были счастливы, иначе бы вы не оставались с ним?

— Да, конечно. Первые два-три года все было хорошо, а потом… Были какие-то моменты, которые меня задевали, но я не думала, что у нас могут быть такие проблемы. Может, это хорошо, что он сбежал, я не знаю… Я хожу здесь в православную церковь, и батюшка мне посоветовал поставить детей на первое место, именно так я и делаю.

— А ваши родители не предложили помощь?

— Нет. Наверное, они хотят жить своей спокойной жизнью, отцу уже 82 года, у них четверо детей, девять внуков…

Я думаю, на самом деле лучше всего, чтобы мои дети видели, как я сама нашла выход из такой сложной ситуации. Я хочу своим примером им показать, что для того, чтобы чего-то добиться, нужно работать, стараться, что деньги просто так не появляются.

— Вы работали какое-то время над проектом BBC, возможно ли вернуться к чему-то подобному?

— Тогда я уезжала на три недели для съемок, сейчас это невозможно. Недавно я видела передачу, как человек пошел пешком по России, и подумала – это должна была быть я. Пытаюсь писать книгу, но это тоже довольно маленький доход, поэтому пока нахожусь в активном поиске работы. Конечно, я бы с удовольствием вернулась на телевидение.

— Расскажите про свою линию фамилии, вы из рода Толстых.

— На самом деле, у нас фамилия — Толстой-Милославский. Когда почти все Милославские исчезли, Николай II добавил нашим предкам фамилию Милославские, потому что не хотел, чтобы род исчез. Лев Николаевич — наш очень дальний родственник, через несколько поколений и не по прямой линии. Я – иммигрант в третьем уже поколении. Мой дедушка, Дмитрий Толстой, в 1920 году в возрасте восьми лет попал в Британию, впоследствии сделал хорошую карьеру, стал королевским адвокатом. А его сын и мой папа, Николай, стал очень известным историком. И хотя он сам не говорил по-русски, решил отправить меня в Россию изучать язык, на котором писал наш знаменитый дальний родственник. Чтобы «Войну и мир» и «Анну Каренину» я смогла прочитать в оригинале. Надеюсь, мне это сейчас пригодится!

Беседовала Елена Лесли

Фото: Hoda Davaine (www.hodadavaine.com)

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply