Александра Толстая: жизнь после русского олигарха

Александра Толстая: жизнь после русского олигарха

Когда вы думаете о подругах олигархов, какими вы их себе представляете? Избалованными, заносчивыми, брезгливыми, надменными, раздающими указания направо и налево, купающимися в деньгах, готовыми на все, лишь бы удержаться на теплом местечке? Тогда вам срочно нужно познакомиться с Александрой Толстой. Благородная, красивая, утонченная, с отличным чувством стиля, совершенно простая в общении, она не вписывается в привычный стереотип. Больше британка, чем русская, девушка с богатой биографией, дальняя родственница Льва Толстого, она прошла через многое. И еще через многое ей предстоит пройти. Когда мы встретились с Александрой в первый раз, в августе, ей предстоял тяжелый суд, который должен был решить, останется ли ей и детям дом в Лондоне, который ее бывший гражданский муж Сергей Пугачев оформил в качестве траста на троих детей, Алешу, Ванюшу и Марусю (8, 7 и 5 лет). К сожалению, суд Александра проиграла, и наше интервью получилось совсем не таким, как мы планировали. Но мне почему-то кажется, что все у нее будет хорошо, иначе просто не может быть – такому доброму, искреннему и целеустремленному человеку обязательно откроются двери в будущее. Сейчас Александра старается посвящать максимум времени детям, при этом не отказывается от подработки, а ее «Инстаграм» @alexandratolstoy быстро набрал более 13 000 подписчиков – не удивительно, ее улыбка, уникальный стиль в одежде и искренние фото с детьми не оставят равнодушными никого.

— Александра, расскажите коротко о суде и событиях, которые к нему привели?

— В Лондоне мы с Сергеем начали жить в 2011 году, когда его в России убрали с должности сенатора, и ситуация казалась небезопасной. Он открыл в Лондоне офис, из которого управлял своими активами. А в июле 2014 года по требованию российского Агентства по страхованию вкладов, расследующего банкротство Межпромбанка, которым владел Сергей, суд Лондона вынес решение об аресте его активов: счетов и собственности. Но «замороженное» имущество в Англии – это еще не причина для беспокойства, потому что фактически у тебя ничего не забирают. Ты просто должен постоянно отчитываться о тратах, декларировать их.

Вся проблема с активами в Лондоне состояла в том, что Сергей оформил их на детей, но не напрямую, а в качестве трастового фонда, и в итоге судья решил, что это было оформлено фиктивно. А это значит, все пойдет на покрытие долга в России, несмотря на то, что все активы Сергея в России, которые арестовали, должны были покрыть долги с лихвой.

— Сложно поверить в то, что английский суд присудил дом агентству, а не детям, которые в нем родились и выросли…

— Да, это просто ужасно. Но мне кажется нелогичным, что у Британии такие сложные политические отношения с Россией, и при этом британский суд безоговорочно принял иск против Сергея со стороны России на сумму более 1 млрд фунтов.

Конечно, Сергей допустил несколько ошибок в процессе суда, я думаю, он не верил, что здесь у него что-то могут отобрать, но когда активы заморозили, он испугался и поэтому решил бежать, нежели доверять адвокатам.

— Он, наверное, не верил, что могут все забрать?

— Сначала не верил, конечно, но потом вспомнил, как полиция нашла, что российские адвокаты ставили датчики на наши машины, чтобы за нами следить, вспомнил своих друзей – Березовского, Литвиненко… Его спугнуло, когда судья попросил отдать все паспорта и поставил запрет на выезд из Великобритании. С этого момента началась катастрофа. Он просто сбежал. Ночью, никого не предупредив. Оставив меня и детей без денег. Не остановил его и тот факт, что накануне я узнала, что беременна – мы очень хотели четвертого ребенка, но никак не получалось, до этого было два выкидыша… Но и эта беременность оборвалась из-за такого стресса.

Я помню, как утром мне позвонил его охранник и сказал, что Сергея не будет. Без каких-либо объяснений. Через неделю заехал и собрал все вещи Сергея. Тогда я поняла – он не собирается возвращаться.

А потом к нам пришли с обыском от российской стороны, забрали каждый компьютер, каждый телефон, чтобы скопировать все файлы, переписки…

После я получила сообщение от Сергея, что я должна приехать во Францию с детьми. Мы съездили, но я четко дала ему понять, что мы останемся жить в Британии. Потом все было крайне странно. Он звал нас прилететь к нему на частном самолете, но при этом не давал денег на еду, например. Так он хотел вынудить меня переехать. Но я стояла на своем: я и дети останемся в Англии. Поэтому с тех пор (март 2015-го) мы с ним не виделись.

— Его совсем не смущало, что его же дети останутся без дома?

— Он даже не хотел, чтобы я нанимала адвокатов, уверял, что решит все сам. Друзья мне говорили, что я сумасшедшая – идти против Российского государства без адвокатов, что у меня нет шансов на победу. Я поняла, что Сергей будет тянуть до конца, но все равно не поможет. Наняла адвокатов и начала череду судов. Суд разрешил использовать деньги из траста для оплаты адвокатов. И еще они выиграли для меня право получать деньги на проживание, пока шел процесс. Не очень большие, но хорошие деньги каждый месяц. Мне тогда сказали: «Вы понимаете, что если вы поедете во Францию к Сергею, у вас отнимут эти деньги, потому что решат, что между вами есть уговор».

— То есть, деньги у него были, чтобы помогать, это просто был механизм манипуляции?

— Да, чтобы нас заставить переехать. Он не платил за школу, но в то же время жил в замке во Франции с 15-ю работниками. А мне приходилось занимать деньги у подруги, чтобы покупать продукты. Я продавала вещи. Его выбор – не помогать нам, жить отдельно, вот уже два года он не видит детей.

— Наверное, самое сложное было – объяснить детям?..

— Сначала – нет, потому что они привыкли, что он мог подолгу отсутствовать. Например, мы жили то на острове в Карибском море по три месяца без него, то в замке во Франции, пока ездил в Москву, в Лондон… За детьми всегда следила я. Сергей ложился в четыре утра, вставал в три часа дня. Он не знал ни их расписания, ни что они любят есть, но, конечно, любил играть с ними, баловал. Сейчас, когда прошло достаточно времени, дети поняли, что папа не вернется. Я не скрываю от них факты, но, конечно, никогда не говорю о нем плохо. Ванюша, средний, даже вчера сказал — ему очень тяжело, он очень скучает по папе…

— Почему, как вы думаете, он сбежал, ничего не сказав? Он думал, что вы пойдете против него?

— Мне кажется, он это сделал для большего драматизма, чтобы привлечь к себе внимание. Он и день выбрал специально – когда мы должны были праздновать 80-летие моего папы.

— То есть, он уже два года живет в замке во Франции один?

— Это последнее, что у него осталось. Все остальное он проиграл в суде. Страшно представить, что будет, если у него заберут этот замок.

— Что в итоге постановил суд? Дом не ваш, но вам пока разрешили тут остаться?

— По закону, при банкротстве человека его жена и дети имеют право год жить в доме, чтобы наладить свою жизнь. А через год этот дом продадут, чтобы покрыть долги в России. Я даже думать об этом не могу…

— Это был ваш первый совместный лондонский дом?

— Да. Сначала я приехала сюда одна, потому что забеременела Алешей на раннем периоде наших отношений, и Сергей тогда был сенатором, мне кажется, ему было неудобно и стыдно, ведь он православный, а тут так произошло…

— Стыдно было, потому что не женаты?

— Да. Сейчас я понимаю — он никогда не собирался на мне жениться. Ему нравилось, чтобы я зависела от него. Поэтому он решил, что я и во Францию за ним побегу, ради денег. Но он ошибся. Я гораздо сильнее. Я готова бороться и сделать так, чтобы у моих детей было счастливое будущее.

— Как вам сейчас удается зарабатывать?

— Частично мы живем на деньги, которые я получила за интервью, иногда беру небольшую работу. Но это нерегулярно, никогда не знаешь, на что рассчитывать, а мне нужно поддерживать троих детей, при этом успевать забирать их со школы. Я даже рассматриваю возможность переехать жить в Россию.

— У вас в России есть поддержка?

— Да, очень хорошая. Но важно найти работу, и это очень сложно.

— А вы сколько времени прожили в Москве до того, как познакомились с Сергеем?

—Я жила с 2005 по 2010 год, а до этого долго жила с 1992 года. Папа отправил меня в Москву в 18 лет учить русский язык. До этого я говорила только по-английски. Я и познакомилась с Сергеем, потому что меня попросили давать ему уроки английского.

— Какое-то время, наверное, вы были счастливы, иначе бы вы не оставались с ним?

— Да, конечно. Первые два-три года все было хорошо, а потом… Были какие-то моменты, которые меня задевали, но я не думала, что у нас могут быть такие проблемы. Может, это хорошо, что он сбежал, я не знаю… Я хожу здесь в православную церковь, и батюшка мне посоветовал поставить детей на первое место, именно так я и делаю.

— А ваши родители не предложили помощь?

— Нет. Наверное, они хотят жить своей спокойной жизнью, отцу уже 82 года, у них четверо детей, девять внуков…

Я думаю, на самом деле лучше всего, чтобы мои дети видели, как я сама нашла выход из такой сложной ситуации. Я хочу своим примером им показать, что для того, чтобы чего-то добиться, нужно работать, стараться, что деньги просто так не появляются.

— Вы работали какое-то время над проектом BBC, возможно ли вернуться к чему-то подобному?

— Тогда я уезжала на три недели для съемок, сейчас это невозможно. Недавно я видела передачу, как человек пошел пешком по России, и подумала – это должна была быть я. Пытаюсь писать книгу, но это тоже довольно маленький доход, поэтому пока нахожусь в активном поиске работы. Конечно, я бы с удовольствием вернулась на телевидение.

— Расскажите про свою линию фамилии, вы из рода Толстых.

— На самом деле, у нас фамилия — Толстой-Милославский. Когда почти все Милославские исчезли, Николай II добавил нашим предкам фамилию Милославские, потому что не хотел, чтобы род исчез. Лев Николаевич — наш очень дальний родственник, через несколько поколений и не по прямой линии. Я – иммигрант в третьем уже поколении. Мой дедушка, Дмитрий Толстой, в 1920 году в возрасте восьми лет попал в Британию, впоследствии сделал хорошую карьеру, стал королевским адвокатом. А его сын и мой папа, Николай, стал очень известным историком. И хотя он сам не говорил по-русски, решил отправить меня в Россию изучать язык, на котором писал наш знаменитый дальний родственник. Чтобы «Войну и мир» и «Анну Каренину» я смогла прочитать в оригинале. Надеюсь, мне это сейчас пригодится!

Беседовала Елена Лесли

Фото: Hoda Davaine (www.hodadavaine.com)

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.