Музыка Микаэла Таривердиева – разговор с человеком и о человеке

Музыка Микаэла Таривердиева – разговор с человеком и о человеке

В конце сентября в Лондоне пройдет несколько мероприятий, посвященных гению советского композитора Микаэла Таривердиева. В преддверии показов фильмов и концертов «Англия» поговорила с вдовой композитора и президентом фонда его имени Верой Таривердиевой.  

— Таривердиев написал большое количество концертов, оперы, балетов, музыки для органа, но все знают и любят его именно по музыке к кинофильмам – «17 мгновений весны» и «Иронию судьбы» разобрали на музыкальные цитаты. Как вы могли бы объяснить такое «попадание» в образы?

— Это особый дар. Он не «попадал в образы», он их творил. Многие фильмы лишились бы своей поэтики, если убрать оттуда его музыку. Микаэл Леонович «попал» в то время, когда кинематограф искал свою поэтику, и ею стала музыка. И Таривердиев – один из творцов этого поэтического кинематографа. Вот, скажем, фильм «До свидания, мальчики» Михаила Калика, который будет показан в Барбикане 26 сентября.

Там очень мало музыки. Там почти нет слов. Фильм начинается сценой – я ее называю «Мальчики и море». Трое мальчиков плавают. Корабль. Море. Вся эта сцена идет под моцартианскую прелюдию (на фортепиано соло играет сам Микаэл Леонович, как во всех своих фильмах). Ощущение счастья, юности, надежды.  Жизнь трех мальчишек, которые отправляются в конце фильма в военное училище. Они уезжают с надеждами. Но мы знаем, что они уезжают на войну и не вернутся. Последняя сцена фильма: страшные документальные кадры Второй мировой, которые идут под эту же полную беззаботности и надежды прелюдию. Я не могу смотреть это без слез. Вот как ТАК отразить трагедию – светлым моцартианством? Вот это умел делать Микаэл Таривердиев. У него была особая способность чувствовать кадр, создавать драматургию – ведь музыка имеет несравнимо большую историю во взаимоотношениях со временем и умением им распорядиться.

Микаэл Леонович дома, у фисгармонии. 1976 год

— Работа над «17 мгновениями весны» длилась три года. Какая задача стояла перед Таривердиевым? Как ему работалось с Татьяной Лиозновой?

— Нужно отдать должное Лиозновой, пригласившей на такую картину Таривердиева – перпендикулярного композитора. Но она знала, что делала. Микаэл Леонович предлагал варианты, как всегда, очень увлекался, она все принимала. Кстати, когда композитор почувствовал, услышал себя в этом фильме, это была тема далекой родины, но не в понимании своей страны, особенно как ее сегодня понимают патриоты, а в понимании той далекой родины, о которой говорил Мераб Мамардашвили, имея в виду, что всякий философ, художник – шпион далекой родины. Неизвестно какой.

Для Таривердиева это было связано с небом. И именно он предложил Лиозновой эту знаменитую картину неба с клином журавлей. Вы знаете, когда я перегоняла музыку из «17 мгновений» для нашего архива (а это четыре с лишним часа), я думала, что я знаю эту музыку, но была поражена! Оказалось, что я не знала, и она меня поразила! Музыка написана по симфоническому принципу и создает драматургию картины. Сейчас она звучит и в концертных залах. И однажды, когда мы устраивали концерт музыки Таривердиева, я пригласила Вячеслава Тихонова, и когда прозвучала сюита из фильма «17 мгновений весны», Вячеслав Васильевич вышел на сцену и сказал: «Я впервые слышу эту музыку».

Татьяна Лиознова и Вячеслав Тихонов на съемках «17 мгновений весны»

— Лондонские зрители увидят фильм черно-белым или цветным?

— Упаси Бог цветным! Ну что вы! Это такое надругательство над эстетикой картины! Кстати, раскрасив его, они еще и сократили ленту, вмешались в эстетику звуковую.

— Как музыка Микаэля Леоновича попала в Лондон?

— Судьба Микаэла Леоновича не может свершаться по обычным, ординарным законам. Это противоречило бы его природе. Она может развиваться только по законам чуда. Лет семь назад я получила письмо от совершенно незнакомого мне человека – Стивена Коутса (Stephen Coates). Он писал, что был на Московском международном кинофестивале и в ресторане услышал музыку: «Моя подруга о чем-то спрашивала меня, но я ее не слышал. I was lost in the music». В итоге официантка отдала настойчивому иностранцу диск, который он увез с собой в Лондон. Он показывал друзьям, всем нравилось, но что они слушали – они не знали, так как все было написано на русском. В итоге Стивен сфотографировал обложку диска и отослал фотографию русскому другу в Нью-Йорк. И получил ответ: «Микаэл Таривердиев. До свидания, мальчики. Музыка 60-х». Стивен решил узнать, кто такой Микаэл Таривердиев, нашел мой мейл в интернете и написал. Мы встретились. Так началась наша дружба. Так началось путешествие Стивена Коутса и его друга Пола Хартфилда в мир Микаэла Таривердиева.

Вера Таривердиева, Пол Хартфилд и Стивен Коутс в квартире, где жил Микаэл Леонович. Это место однажды станет музеем композитора, вся обстановка, атмосфера и коллекция музыкальных инструментов бережно и с любовью сохранена его женой.

 — А кто эти люди?

— Стивен и Пол решили представить музыку Таривердиева на Западе. Они жили у нас дома, цифровали старые пленки, негативы фотографий. Я не очень задумывалась, кто они такие, но со временем узнала, что Стивен – замечательный композитор и руководитель чудесного инопланетного британского ансамбля Real Thusday Weld, а Пол Хартфилд – один из самых крутых лондонских фотографов, личный фотограф уже третьего премьер министра Великобритании. Подружились мы немедленно. Потому что у нас была общая почва – мы все были «lost in music» – затерявшиеся в музыке и нашедшие друг друга именно там.

— Каким стал результат этого сотрудничества?

— Стивен сделал то, к чему шел три года: выпустил в свет три диска и три винила, а Пол – небольшой фильм, замечательный альбом с фотографиями, нашими историями и историей Микаэла Таривердиева и его музыки. Издание получило отклики по всему миру – от Лондона и Парижа до Новой Зеландии. И это было только началом. Чудеса продолжаются. Стивен и Пол издали еще три диска и три винила. И вот сейчас выходит неизданная музыка из «17 мгновений весны».

— Какая программа ожидает зрителей в Лондоне?

— В Лондоне будет не только показ фильмов. В исполнении замечательного пианиста Джорджа Харлионе прозвучит известная прелюдия «Встреча с женой» или «Двое в кафе» и еще несколько отрывков из музыки к «17 мгновениям весны». А в Барбикане – музыкальные увертюры из разных фортепианных прелюдий к фильмам исполнит замечательный британский пианист Дуглас Дар.

— Исполняют ли музыку Таривердиева в других странах?

— В 2016 году мы отмечали юбилей Микаэла Леоновича. Были концерты в Тбилиси, Ереване, Париже, Нью-Йорке, Гамбурге, Токио. «Песня о далекой Родине»  (в переложении для сякухати и семисен, японских инструментов, в исполнении знаменитого дуэта «Хиде-Хиде» с оркестром) полгода была музыкой Японских авиалиний.

С 1999 года проходит Международный конкурс органистов имени Микаэла Таривердиева Он начинался в Калининграде, а с 2005 года первый тур проходит в Канзасе, Гамбурге и Москве, а полуфинал и финал – в Калининграде. Сегодня это один из самых престижных конкурсов органистов в мире. Органисты всего мира знают музыку Таривердиева и очень удивляются, что он писал музыку для кино.

— Как иностранцы реагируют на музыку Таривердиева?

— У Таривердиева свои границы. Эти границы не государственные. Это, скорее, отсутствие каких-либо границ между близкими людьми. Его музыка поразительно общительна. Слушая ее, каждый человек может сказать: «И я чувствовал это!» Потому что это не набор техник, а разговор с человеком и о человеке.

Микаэл и Вера Таривердиевы.

Беседовала Маргарита Баскакова

Фотографии предоставлены организаторами мероприятия

Подробнее о марафоне музыки Микаэла Таривердиева в Лондоне

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.