«Брекзит» в его нынешнем виде не устраивает никого

«Брекзит» в его нынешнем виде не устраивает никого
Неужели после более чем двух лет жестких и бескомпромиссных переговоров, британские власти всерьез надеются на «доверительные отношения с руководством ЕС»? //flickr.com/eu2017ee

Очередное голосование в Вестминстере наглядно показало, что ни британский парламент, ни руководство Евросоюза не готовы подписывать соглашение об условиях развода ЕС с Соединенным Королевством

Зураб Налбандян

Ничего, кроме недоумения

Не знаю, испытывает ли Тереза Мэй какие-то особые симпатии к бельгийской столице или у нее там есть «магнит попритягательней», но факт остается фактом – с июля 2016 года, когда она стала главой британского правительства, премьер-министр совершила бесчисленное количество перелетов через Ла-Манш, и всякий раз местом встреч становилась штаб-квартира Евросоюза. Вот и теперь, не получив однозначного одобрения от членов Палаты общин своего варианта окончательного «Брекзита», Тереза Мэй вновь срочно вернулась в Брюссель, чтобы попробовать договориться о новой сделке.

На сегодня число попыток Мэй договориться с руководителями ЕС, как говорят математики, приближается к бесконечности, но положительные результаты, к сожалению, близки к нулю. На каждой очередной такой встрече по обе стороны стола усаживаются, как правило, одни и те же люди, чьи позиции давно и хорошо известны. Причем не только политические позиции, но и слова, в которые эти позиции облечены. Взять хотя бы председателя Европейского совета Дональда Туска, который совсем недавно прямо заявил, что на новые уступки Брюссель идти не собирается. И вообще, мол, сторонникам «Брекзита» уготовано «отдельное место в аду».

Ничего, кроме явного недоумения и разочарования в Лондоне эта «шутка» вызвать, конечно, не могла. Впрочем, как призналась сама госпожа Мэй, она вынуждена была «указать господину Туску, что подобные слова не способствуют созданию конструктивной атмосферы и для Великобритании неприемлемы. Вместо этого мы должны работать рука об руку для выстраивания будущих доверительных отношений между ЕС и Великобританией».

Последняя фраза премьера вызывает странное впечатление. Неужели после более чем двух лет жестких и бескомпромиссных переговоров британские власти всерьез надеются на «доверительные отношения с руководством ЕС»?

Что до спорных вопросов, то главные из них все те же: «бэкстоп» для Северной Ирландии, доступ на единый рынок ЕС. А вот времени, чтобы договориться, почти не осталось – согласно изначальному плану, процесс выхода Великобритании из Евросоюза должен начаться уже в конце нынешнего марта.

«На последних переговорах я четко изложила свою позицию. Мы должны внести изменения в Соглашение о выходе и получить твердые юридические гарантии по вопросам, которые вызывают наибольшую обеспокоенность у британского парламента», – заявила Мэй.

Проблема установления таможенного пропускного пункта на границе между Ирландией, которая является членом ЕС, и Северной Ирландией, входящей в состав Соединенного Королевства, остается исключительно острой для обеих сторон. Независимые наблюдатели полагают, что шансы на достижение договоренностей по этому вопросу, мягко говоря, призрачные. Британия добивается от Евросоюза твердых гарантий, без которых парламентарии этой страны, наконец, смогли бы окончательно одобрить сделку с Брюсселем.

Photo by flickr.com/number10gov

Так называемый «бэкстоп» с самого начала был принципиальным требованием Брюсселя. Об этом вновь напомнил представитель Европейского парламента на переговорах Ги Верхофстадт. «Для нас это абсолютный приоритет. К дискуссиям мы готовы. Но надо понимать, что обязанности сторон должны быть четко прописаны в новой политической декларации», – заявил он.

Повторное голосование в Палате общин по «Брекзиту» запланировано на четверг, 14 февраля, однако британские СМИ сообщают, что дата будет перенесена, поскольку Мэй просто не успеет представить новый документ, а значит, и обсуждать Палате общин будет нечего.

Ясно, что сделка в ее нынешнем виде не устраивает никого. Противники Мэй в лице лейбористов говорят, что Великобритания должна сохранить свое место в таможенном союзе ЕС. В свою очередь убежденные сторонники «Брекзита» вообще считают переговоры с Брюсселем напрасной тратой времени.

«Брекзит» и Россия

Отношения Великобритании и России в последние годы трудно назвать хорошими или даже нейтральными.  Собственно, еще со времен отравления Александра Литвиненко в 2006 году отношения между странами сильно осложнились. После аннексии Крыма в 2014 году Лондон, не колеблясь, присоединился к европейским санкционным механизмам, параллельно введя свои собственные ограничения, например, на любое военное сотрудничество с Москвой.

А после отравления Скрипалей Великобритания с утроенной активностью лоббировала в Европе усиление антироссийских санкций и массовую высылку российских дипломатов.

В промежутке между этими событиями в стране случился референдум, в результате которого Великобритания в скором времени покинет Европейский союз. Как именно это произойдет, пока неясно, но при любом сценарии Лондон, видимо, лишится права голоса в формировании европейской политики, в том числе и в отношении России.

Как будут складываться после «Брекзита» отношения Великобритании и России? Авторы большой статьи, опубликованной на днях на сайте Euronews, напоминают, что при любом сценарии «Брекзита» Великобритания не будет в одночасье исключена из европейской политики, особенно в вопросах обороны: страна одна из немногих в Европе обладает достаточно многочисленной (по европейским меркам) и боеспособной армией, а заодно и ядерным арсеналом.

Будучи традиционным союзником США, Великобритания в принципе может полагаться на геополитический вес Америки и влиять на политику континентальной Европы через Вашингтон. Правда, отношения нынешнего президента США с европейскими союзниками тоже не выглядят благополучно, однако следующий хозяин Белого дома может оказаться менее склонным к резким жестам.

В силу неистребимого пристрастия новой русской элиты к британской недвижимости, финансовому рынку и частным школам Лондон обладает своим собственным набором средств воздействия на Москву. Более того, по ряду признаков (в частности, вступлению в силу акта о необъясненных доходах, по которому уже ведется первое судопроизводство, или проблемам с визой для Романа Абрамовича) можно предположить, что эти инструменты будут использованы и в дальнейшем.

Великобритания гораздо меньше, чем некоторые другие европейские страны, зависит от поставок российского газа – по оценкам аналитиков, доля России в британском газовом импорте составляет менее полутора процентов. Тереза Мэй неоднократно подчеркивала, что выход из ЕС не скажется на принципах британской внешней политики и не означает стремления к изоляционизму. Однако экономический вес Британии и остальных 27 членов Евросоюза все же изрядно разнится.

Совокупно Евросоюз – крупнейший торговый партнер России, а отдельно Великобритания не входит даже в первую десятку (по данным Росстата, в январе 2018 года внешнеторговый оборот России с ЕС составил 21 с половиной миллиард долларов, из них на Великобританию пришлось чуть больше миллиарда). В Европе же антироссийские санкции в целом несколько менее популярны. На их смягчении настаивают и некоторые «капитаны бизнеса», и отдельные политические силы.

Впрочем, как отмечает руководитель российских программ Финского института международных отношений Аркадий Мошес, решающую роль в ведении и поддержании режима санкций играла Германия и в меньшей степени Франция.

А «Северный поток-2» в порядке!

«Если бы это было не так, нам пришлось бы ставить очень много вопросов: например, почему «Северный поток-2» продолжает строиться, или почему условная группировка Австрии, Италии и Венгрии не смогла добиться смягчения санкций», – считает он. Германия по-прежнему обладает в Европе достаточным весом, чтобы проводить свою линию в отношении России, и Ангела Меркель в этом плане была весьма последовательна.

Но в ближайшие годы у Германии будут новый канцлер и новая коалиция у власти. О ее составе сегодня судить рано, однако и в Германии есть политические силы (свободные демократы, часть социал-демократов), которых больше волнуют интересы бизнеса.

Критики, впрочем, отмечают, что и дальнейшей эскалации отношений с Европой Россия может не опасаться – просто потому, что на континенте к ней не готовы. «Говоря откровенно, у нас не так много вариантов, – сказал на днях европейскому изданию Politico неназванный высокопоставленный европейский дипломат. – Мы не хотим рисковать войной, но Путин уже воюет. И мы выглядим слабыми».

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.