Новый Барри Дженкинс: смотреть кино и плакать

Новый Барри Дженкинс: смотреть кино и плакать

«Если Бил-стрит могла бы заговорить» (If Beale Street Could Talk)

Режиссер: Барри Дженкинс

США, 2018 год

Влюбленная пара Тиш (Кики Лейн) и Фонни (Стефан Джеймс) присматриваются к своему первому жилью – складскому помещению в Даунтауне, которое через пятьдесят лет будет продаваться за миллионы, а пока что стоит копейки и потому доступно молодой афроамериканской паре. Парень и девушка были знакомы с самого детства, но встречаться стали совсем недавно. Семья Тиш хорошо относится к Фонни, но мама молодого человека уверена, что ее «сыночка» заслуживает лучшего, и надеется, что он одумается и найдет себе девушку поинтересней.

Эти планы и семейные проблемы становятся незначительными, когда Фонни арестовывают, обвинив в изнасиловании. Несмотря на то, что Фонни во время совершения преступления ужинал дома с девушкой и хорошим другом, местный полицейский уверенно заявляет, что именно его он видел убегающим с места изнасилования. Пострадавшая опознает в молодом человеке насильника и тут же исчезает в неизвестном направлении. В это же время Тиш понимает, что беременна, и теперь две семьи начинают использовать все ресурсы, чтобы вытащить Фонни из тюрьмы до рождения ребенка.

Основанный на одноименном романе Джеймса Болдуина третий полнометражный фильм автора знаменитого «Лунного света» Барри Дженкинса своим названием отсылает к знаменитой Бил-стрит в Мемфисе, штат Теннесси, где в ХХ веке сформировался жанр мемфис-блюз и где выступали известные блюз- и джаз-музыканты. Если бы Бил-стрит заговорила, то разговаривала бы она блюзовыми строчками о той бесконечной несправедливости, с которой любой афроамериканец ежедневно сталкивается в своей стране. Картина Дженкинса – это одновременно и пересказ романа Болдуина, и блюзовая композиция на два часа, при просмотре которой рыдать то ли от безысходности, то ли от немыслимой красоты хочется уже минуте на пятой.

Дженкинс рассказывает эту историю в двух временных линиях. Первая – это начало отношений Тиш и Фонни; вторая, то и дело врезающаяся в блаженство первой любви, – борьба близких Фонни с расистской судебной системой и попытки снять с него ложные обвинения. В том, как Дженкинс выстраивает кадр и рассказывает историю любви главных героев, безусловно, заметен гонконгский режиссер Вонг Карвай. В своих лучших фильмах «Чунгкингский экспресс» и «Любовное настроение» Карвай создавал собственный Гонконг, который больше сон, чем реальность; там память приукрашивает, смешивает и показывает, как чувствовалось, а не как было на самом деле. «Бил-стрит» тоже занимается воссозданием воспоминаний: история, которую рассказывает Тиш, слишком красивая, чтобы быть правдой, но она ею и не является. Первая линия – это райское видение афроамериканского мира до столкновения с Америкой. В первые недели своих отношений Тиш и Фонни, как и все влюбленные, существуют в своем собственном мире, и Дженкинс с помощью оператора Джеймса Лэкстона (работал с ним над «Лунным светом») занимается реконструкцией этого состояния, в котором краски кажутся ярче, взгляды и прикосновения особенно значительны, а мир вокруг замедляется и превращается в идеализированный фон.

Вторая часть сюжета – это последствия столкновения с расистской системой, которая нависает над жизнью афроамериканцев, иногда обрушиваясь на случайно подвернувшихся ей Тиш и Фонни и за секунды разрушая их маленькое счастье. В этом ужасе Дженкинс продолжает транслировать карваевскую красоту, что до последнего заставляет искать в фильме справедливость, ведь красота должна спасти мир, и если на экране так красиво, то почему там существуют чудовищная предвзятость и безысходность? Все эти надежды идут вразрез с историческим контекстом, в котором Америка превращала запрещенное рабство в разрешенный тюремно-индустриальный комплекс, но, как и Тиш, верить в лучшее продолжаешь до последней минуты.

Друг Фонни Дэниел (Брайан Тайри Генри) рассказывает о том, как полиция поймала его с марихуаной, а пришила угон машины (хотя он даже водить не умеет), но бессмысленная надежда все равно уверяет, что именно Фонни повезет и система начнет работу над ошибками. То, как стремительно с улиц Гарлема исчезают знакомые Фонни, подтверждает обратное, а проблема расизма в американской судебной системе и тюремной индустрии не решена до сих пор.

Несмотря на невероятную красоту «Бил-стрит» и ее тщательно выстроенную безнадежность, этот фильм не дотягивает ни до Карвая, ни до заваленного призами «Лунного света». Видимо, в попытках максимально точно передать слова Болдуина Дженкинс оставляет голос рассказчика (Тиш), которая раз за разом вклинивается в повествование, чтобы объяснить для непонятливых задних рядов происходящее на экране. Для каких-то режиссеров этот прием необходим просто потому, что они иначе не умеют: их научили рассказывать, но не показывать. Дженкинс не нуждается в закадровом голосе. Сцена, в которой Тиш рассказывает матери о своей беременности, сыграна почти без слов, но там и в тишине все понятно. «Бил-стрит» была прекрасна в своей простоте и лаконичности, но грубо пришитый к ней закадровый голос становится чужеродным телом, который не вписывается в заданные рамки, торчит кривым боком и постоянно раздражает своей навязчивостью. Зрители бывают разные, но не стоит нас два часа держать за руку и каждые пять минут переспрашивать: «Вы все поняли? Точно?» Мы сами разберемся, честное слово.

Подготовила Юлия Юзефович

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.