Мирослава Бронникова: «Наш человек» на «Фриндже»

Мирослава Бронникова: «Наш человек» на «Фриндже»

Если до сих пор для россиян и русскоговорящих крупнейший в мире Эдинбургский международный фестиваль «Фриндж» оставался чем-то чужим и далеким, то теперь можно надеяться, что ситуация изменится: Мирославу Бронникову выбрали директором фестиваля в категории «Исполнители» (Performers). Организатор шоу из России стала первым за 72-летнюю историю фестиваля директором, не проживающим в Великобритании. Мы решили расспросить Мирославу о том, чем удивителен «Фриндж» и как ей удалось стать своей на фестивале.

Фото: Рустам Абдухамидов

– Как вы первый раз оказались на «Фриндже»?

– Мы начали делать различные шоу в 2009 году в Москве и некоторых других городах России: исторические балы, хастл-вечеринки, театрализованные представления. Наше знаковое мероприятие — иммерсивный бал-спектакль по «Мастеру и Маргарите» в Булгаковском доме в Москве. В нем задействовано больше 20 человек: актеры, гример-костюмер, люди, отвечающие за оборудование, живой оркестр, мы специально написали музыку. В 2014 году друг из Великобритании посмотрел наше шоу и сказал: «Вы просто обязаны привезти это на эдинбургский «Фриндж». Сразу привезти 20 человек непросто, поэтому с 2014 года мы каждый раз приезжаем «на разведку» и ищем возможности для спонсорства и сотрудничества.

С тех пор мы немного сменили область деятельности в России: теперь мы занимаемся разработкой и внедрением игровых механик для бизнеса, ведем онлайн-курс по этой теме, признанный лучшим в России.  В этом году мы написали книгу «Игрофикация в бизнесе и жизни», она только что вышла в издательстве АСТ и уже стала бестселлером, продается во всех книжных магазинах России и нескольких странах СНГ.

Фото: Иван Нефедьев

Теперь, через пять лет на «Фриндже», я могу сказать, что это замечательное сообщество, где многое происходит спонтанно, по стечению обстоятельств. Здесь завязываются связи, дружба — и потом целый год ждешь следующего фестиваля, просто чтобы увидеться с этими людьми. Каждый год с нами происходило что-то, что двигало нас вперед.

Итак, в 2014 году мы решили просто попробовать и начали с выступлений на улице. Хотя я танцую с 12 лет, выступала в разных странах и различных помещениях, опыта выступлений на улице у меня не было. Сложный танцевальный номер о смене сезонов, с переодеванием во время исполнения, почти провалился: наше оборудование оказалось слишком слабым, музыки не было слышно, и я танцевала практически по памяти. Прохожие, наверное, были немного шокированы, но довольны, даже давали немного денег. В тот год мы поняли, что для выступлений на улице нужен какой-то другой материал: когда рядом с тобой, например, жонглируют бензопилами, нужно придумать что-то соответствующее. Также мы узнали, что такое «хетлайн» (hatline), то есть как разговаривать на тему денег, потому что иначе прохожие не всегда понимают, что уличные артисты работают за деньги.

Фото: Анастасия Осипова

На второй год я танцевала под живую музыку с цыганской труппой из Румынии, и меня заметила местная достопримечательность: Элейн, самая пирсингованная женщина в мире. Она представила меня человеку, который занимался всеми мероприятиями в зале Tron Kirk — это огромная церковь прямо на Роял-майл, очень красивое помещение с потрясающей атмосферой. Шоу были похожи на «открытый микрофон»: любого артиста пускают на сцену на десять минут, а потом разрешают пройти по рядам со шляпой. И в один прекрасный день организатор шоу сказал: «Мирослава, у нас есть свободный час по четвергам — хочешь провести собственное кабаре?» Я согласилась — не было никакого опыта, но решила, что в таких ситуациях всегда нужно говорить «да».

– И теперь, на пятый год, вы стали одним из директоров «Фринджа». В чем будет заключаться ваша работа? 

– Да, у меня почти с самого начала появилась идея стать одним из директоров фестиваля. Точнее, это произошло четыре года назад, когда мы только узнали о такой возможности. Тогда мой муж Иван сказал мне: «Ты тоже можешь это сделать».

Но обо всем по порядку. Существует организация Edinburgh Fringe Society, которая курирует фестиваль, решает вопросы распределения бюджета, учитывает, чего хотят разные участвующие стороны, и старается делать так, чтобы фестиваль продолжал жить и здравствовать. Там может быть до семнадцати директоров фестиваля, и каждый год происходят выборы — обычно на три места: одно место – в категории «Исполнители», одно – в категории «Помещения», одно – в «открытой» категории. От совета директоров зависит то, как будет проходить фестиваль в каждом следующем году. Поскольку я зарегистрирована как исполнитель, то я выставила свою кандидатуру в категории «Исполнители» — и была выбрана! Так я стала первым за всю историю фестиваля директором, который проживает за пределами Великобритании. Более того: до сих пор большинство директоров — из Лондона. Что немного странно, ведь все-таки это международный фестиваль. Допускаю, что просто немногие знают о такой возможности.

Фото: Алексей Захаров

– Как выступить на эдинбургском «Фриндже» и можно ли заработать на жизнь таким образом?

– «Фриндж» уникален тем, что здесь нет никакого предварительного отбора, это полностью открытый фестиваль для всех желающих. Но в то же время никто никого не спонсирует, так что есть скорее финансовый ценз: нужно иметь возможность оплатить проживание в Эдинбурге во время фестиваля, нужно арендовать помещение.

К счастью, существует организация PBH’s Fringe, которая продвигает бесплатный фестиваль. С ее помощью исполнители получают помещение бесплатно и выступают бесплатно, а в конце собирают пожертвования. Каждый год в этой схеме участвует более 800 шоу. Нет, на «Фриндже» почти никто не зарабатывает — кроме тех, кто уже очень известен и монетизирует свою славу, владельцев помещений и тех, кто живет в Эдинбурге и может не платить за жилье и дорогу. Хотя бывают и счастливые исключения, особенно среди тех, кто выступает с PBH’s Free Fringe и делает несколько шоу в день. В основном артисты приезжают сюда для того, чтобы засветиться, обкатать свое шоу, заявить о себе, договориться с промоутерами о выступлениях на весь год…

Фото: Анна Гребенник

Но это и сумасшедшая работа, потому что нужно не только сделать шоу, но и зазвать туда людей, раздавать флаеры, расклеивать афиши. Согласно расхожему мнению, средняя аудитория шоу на «Фриндже» составляет семь человек, и если пришло больше, то нужно радоваться. Поэтому мы стараемся не слишком хвастаться перед другими выступающими, что заполняли залы на 200 и 500 человек. Хотя, конечно, в соцсетях об этом необходимо рассказывать: фразы из серии «в прошлый раз у нас был аншлаг, приходите пораньше, чтобы занять лучшие места» — незаменимый атрибут СММ во время «Фринджа».

– Какие у вас планы на следующие годы? 

– В ближайшие пару лет мы хотим посетить фестивали «Фриндж» в других городах Великобритании и в других странах. В том числе мы собираемся поехать в Аделаиду в Австралии — там проходит самый большой «Фриндж» в Южном полушарии. А вообще мы давно думаем о том, чтобы создать фестиваль «Фриндж» в России, и делаем маленькие тихие шаги в этом направлении. К тому же теперь, когда я стала директором эдинбургского «Фринджа», будет проще общаться с различными организациями в России.

Фото: Сергей Абдульманов

Мы даже проводили опросы среди выступающих – многие говорят, что будут рады поехать на фестиваль в Россию, некоторые даже готовы выучить русский язык специально для этого. Потому что «Фриндж» — это прекрасное явление: он дает возможность попробовать себя, не проходя жесткий отбор, понять, что хочет аудитория, пообщаться с ней напрямую. Мне очень нравится эта модель — посмотрим, что из этого получится в России.

Беседовала Вера Щербина

Заглавное фото: Алексей Захаров

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.