Здравый смысл против красивой мечты

Здравый смысл против красивой мечты

Этот номер газеты «Англия» выйдет в свет в день референдума, и я никак не могу знать наперед, как решат свою судьбу люди, живущие на севере Британии.
Хотя еще два месяца назад у меня почти не было сомнений, что, наслушавшись красивых речей из уст Алекса Салмонда, практичные шотландцы в конце концов вежливо откажутся от независимости и в большинстве своем предпочтут остаться в союзе с Англией. Тут на моей стороне была и историческая статис­тика, которая говорит, что за все 307 лет добровольного объ­единения с мощным юж­ным соседом число сторонников шотландской самостоятельности никогда не превышало 30-35%.
Но чем ближе мы подходили к 18 сентября, ситуация не только не прояснялась, но странным образом все больше и больше запутывалась. Нака­нуне голосования путаница достигла апогея: «за» – 50%, «против» – тоже 50%!
Впрочем, ошибался не я один. За две недели до рефе­рендума оказалось, что прос­читался даже премьер-ми­нистр и его советники. В те­-че­ние последних 2-х лет из Лон­дона терпеливо объясняли шотландцам, какими большими неприятностями может обернуться для них независимость. Тут и ограниченность нефтяных запасов в Северном море, на доходы от которых так рассчитывают националисты, и невозможность использования фунта стерлингов в качестве национальной валюты, и неминуемое повышение расходов на создание собственных институтов нового государства.
Шотландцам втолковывали, что они должны будут взять на себя свою часть внешнего долга Великобритании, что им придется снова на общих ос­но­ваниях вступать в ЕС, в НАТО и в ВТО. Авторитетный глава Банка Англии Марк Кар­ни специально съездил в Эдинбург, чтобы разъяснить бизнесменам и политикам, на­сколько дороже обойдутся им в будущем иностранные зай­мы. В конце августа – начале сентября в дело вмешались шотландские банки и круп­ней­шие частные компании, ко­торые рассказали, что бу­дут вынуждены перебраться из независимой Шотландии в Англию и закрыть свои отделения в Эдинбурге и Глазго.
Националисты, которым не­чего было возразить по существу, не нашли ничего лучше, как обозвать эти предупреждения запугиванием и сделать вид, что не собираются обращать на них внимания.
Под тяжестью столь серьез­ных доводов кампания за не­зависимость должна была схлопнуться и потерять значительную часть поддержки среди избирателей. Угроза сок­ращения доходов населения и квалифицированных ра­бочих мест – это карты, ко­то­рые в наше время вроде бы нечем бить. Но на Даунинг-стрит не сообразили, что в ли­це Алек-са Салмонда имеют де­ло не с солидным и серьезным поли­тическим противником, у кото­рого есть ответы на все кавер­зные вопросы, а с хит­роумным «продавцом меч­ты».
Его кампания за независимость обращена не к разуму избирателей, а к их чувствам. Ее главный мотив – не хотим жить по указке Вестминстер­ского парламента, не хотим, чтобы нами управляли чиновники из Лондона. Наш собственный шотландский парламент будет более честным и справедливым. На вопрос, ка­кие же такие страшные несп­раведливости допустили законодатели из Вестминстера, есть заранее заготовленный ответ: например, введение
мер строгой экономии или принятие закона о налоге на «спальную комнату».
Коалиционное правительст­во объявило о сокращении финансирования госсектора
и замораживании зарплат
в 2010 году, когда дефицит бюджета достиг рекордного уровня, а государственный долг был самым большим в западном мире. Тогда же бы­ли урезаны некоторые виды социальных пособий. В том числе ограничили сумму вып­лат и число спален в домах для безработных и инвалидов, наем которых оплачивался из бюджетных средств. Благода­ря этим и многим другим сок­ра­щениям госрасходов Брита­ния быстрее всех в Европе преодолела финансовый кризис и первой из развитых стран вышла на докризисный уровень.
Разве не парадокс: экономисты и политики всего мира сегодня признали этот бри­танский опыт полезным и по­зитивным, а сторонники шотландской независимости называют его несправедливым? Они уверены, что их собственный парламент никогда не допустил бы такого.
Интересно, что среди не­скольких миллионов шотландских экспатов, разбросанных по множеству дальних стран, идея независимости их исто­ри­ческой родины не пользует­ся популярностью. Преподаю­щий в Гарварде всемирно известный историк Нил Фер­гю­сон назвал ее «коллектив­ным помешательством». «На­до быть не в своем уме, чтобы, обладая такими огромными правами и привилегиями в составе Соединенного Коро­левства, мечтать о том, чтобы покинуть это большое, сильное и весьма уважаемое государство, – заявил он на днях в телеинтервью, – и пуститься в самостоятельное путешествие без четкой перспективы на успех. Американ­цы шотландского происхождения очень удивлены».
Но Салмонда такие мнения не смущали. Он предлагал соотечественникам красивую мечту, а сбудется она или нет – это уже дело тех, кто займется ее практическим осуществлением.

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.