«Горячие угольки» под креслом премьера

«Горячие угольки» под креслом премьера

А за отца ответишь!

Известный английский писатель Джулиан Феллоуз, всемирно прославившийся своим сценарием телесериала «Down­ton Abbey», признался недавно, что до сих пор очень переживает каждую персональную атаку на него со стороны прес­сы. Но больнее всего его ранило, когда одна из газет позволила себе «наехать» на его мать, умершую 30 лет назад. «Это было невыносимо тяжело», – сказал писатель.

Нетрудно представить, какие чувства испытывал Дэвид Кэ­мерон, когда всю прошлую не­делю британские СМИ, а вслед за ними и мировые (включая Россию), полоскали в грязной воде не только имя премьер-министра, но и имя его отца, отошедшего в мир иной около 6 лет назад.

Теперь мы знаем, что когда 3 апреля из «панамских документов» стало известно, что у его отца Иэна Кэмерона был зарегистрированный при помощи панамской фирмы Mossack Fon­seca офшорный фонд, премьер-министр счел это оскорблением памяти горячо любимого им папы и пришел в ярость. Представитель Дау­нинг-стрит заявил журналис­там, что это «личное дело премьера».

В другой ситуации такое объяснение, наверное, никого бы не удивило и вопрос был бы сочтен закрытым. Ведь налоги – это элемент частной жизни, а туда британцы предпочитают не соваться.

Но панамский скандал под­лил масла в огонь и, ка­жется, кое-кто из оппозиционных нед­ругов Кэмерона решил попробовать подбросить пару «горячих угольков» под кресло премьера. Пришпоренные газетчики тут же бросились искать компромат по принципу: «раз сказали, что частное дело, значит, пахнет неприятными для Дэйва секретами». В течение нескольких дней на газетных страницах бурно обсуждался вопрос, продолжает ли пре­мь­ер и его семья пользовать­ся офшор­ным отцовским фон­дом. За­верения Даунинг-стрит, что ни сам Кэмерон, ни его жена, ни дети «не пользуются ни­какими сред­ст­вами, получен­ными через офшорные фон­ды», впечатления не произвели.

Поняв, что сам собой этот костер не погаснет, премьер-министр объявил в прошлый четверг, что вместе с женой владел небольшой долей в оф­шорной компании отца, но продал эти акции еще в ян­варе 2010 года – за несколько месяцев до того, как стал главой правительства. Общая стоимость акций составила около ‡30 тысяч и он заплатил с них все полагающиеся налоги.

Cameron must go?

Однако маховик подозрений и недовольства поведением премьера раскрутился до такой степени, что даже выплеснулся на улицы. От­куда-то взялись молодые протестующие, требующие отставки главы правительства. В руках у них были заранее заготовленные плакаты «Cameron must go».

И тогда Дэвид Кэмерон пошел на совершенно беспрецедентный шаг – стал первым в истории британским премьером, решившим предать гласности свои нало­говые декларации. В воск­ресных газетах были опубликованы подробные данные о всех полученных им доходах и налогах за период между 2009 и 2015 годами – то есть за все время премьерства. Из них следовало, что ника­ких законов Кэмерон не на­рушал, а налоги выплачивал в полном размере и своевременно. Это подтвердили и авторитетные специалисты по налоговым делам, к которым обратились за экспертной оценкой журналисты.

Таким точно расcчитанным ударом премьер ответил сво­им критикам и сбил волну протестов и переключил внимание общественности на принципиально другую проблему: должны ли все крупные политические фигуры последовать его примеру и открыть доступ к своей фи­нансовой отчетности? Вслед за Кэмероном свои декларации опубликовали министр финансов Осборн, лидер оп­позиции Корбин и казначей теневого кабинета.

На следующий день Кэ­ме­рон развил свое наступление и, выступая в парламенте, заявил о намерении ужесточить налоговое законодательство и закрыть лазейки для тех, кто пытается уклоняться от налогов. Большинство британских офшорных тер­риторий, включая Британ­ские Виргинские острова, Каймановы острова и Нью-Джерси, будут предостав­лять государственным орга­нам полную информацию о ре­альных владельцах и бенефициарах компаний, что обеспечит прозрачность оф­шорных сделок. Юридиче­ским компаниям будет гро­зить уголовное преследова­ние, если их сот­рудники по­могают клиентам уклоняться от налогов.

По словам Кэмерона, это будут самые жесткие меры, когда-либо предпринятые британским правительством в борьбе с уклонением от уп­латы налогов. Таков ответ Соединенного Королевства на скандал с «панамскими документами».

Богатство – штука полезная

Вместе с тем премьер не­сколько раз подчеркнул раз­ницу между злостным укло­не­нием от налогов и закон­ными действиями по их оп­тимизации. «Стремление к богатству – это вовсе не грязные слова, это ключевой двигатель роста и благосос­тояния нашей страны, – заявил Кэмерон. – Мы должны поддерживать тех, кто хочет владеть акциями и инвести­ро­вать деньги для того, что­бы обеспечивать свои семьи, заботиться о финансовом благополучии детей».

Не случайно правительство не предлагает отказаться от офшоров, которые играют важ­ную и легитимную роль в современных инвестиционных процессах. Как подчеркивает в своем блоге на ВВС нотари­ус из лондонского Си­ти Али­са Графтон, в офшо­рах «про­исходит объедине­ние инвес­тиций, осуществ­ляемых ком­па­ниями из разных государ­ств. Без офшорных юрисдик­ций такие совместные предп­риятия потенциально стано­вятся жертвой налогообло­же­ния сразу нес­кольких стран, что несправедливо. А если та­кие законные компании зарабатывают деньги и их инвесторы пла­тят со своих доходов нацио­нальные нало­ги, от этого вы­игрывают все».

Кстати, дальнейшими судьбами офшоров озаботились сегодня во многих странах. Например, напуганный мас­штабами негативной ин­фор­мации, содержащейся в «па­намских документах», и опа­саясь, что возникший в ре­зультате их публикации кри­зис доверия к офшорам мо­жет нанести ущерб экономи­ке его страны, президент Па­намы Хуан Карлос Варела написал в понедельник в «Нью-Йорк таймс»: «Не ви­ни­те Панаму. Уклонение от на­ло­гов – глобальная проб­лема».

Он объясняет, что юриди­ческая фирма Mossack Fan­seca была лишь зарегист­ри­рована в Панаме, но практи­чески не имела никаких от­ношений с компаниями этой страны. Важная деталь: Па­нама не является офшором в общепринятом понимании этого слова. «У нас взимаются налоги только с прибыли, заработанной в нашей стра­не, – подчеркивает прези­дент Варела, – а доходы, по­лученные вне Панамы, мы налогами не облагаем». По словам президента, документы содержат информацию о 14 тысячах банков, юридических фирм, корпораций и посреднических контор из более чем 100 стран. И это лишь капля из мирового де­нежного оборота.

Photo by 123rf.com/Mykhaylo Palinchak

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.