Чей премьер Тони Блэр?

Чей премьер Тони Блэр?

В докладе сэра Чилкота, расследовавшего обстоятельства вступления Соединенного Королевства в войну в Ираке, не предъявлено обвинений премьер-министру тех дней

Гитарист с Даунинг-стрит

Весной 1997 года мне посчастливилось провести пару недель в Лондоне. Правительство еще возглавлял консерватор Джон Мейджор, но всеобщим любимцем и вероятным победителем на предстоящих вскоре всеобщих выборах считался лейборист Тони Блэр. Молодой (в свои 43 выглядел лет на 10 моложе), легкий в общении, остроумный, с открытой обворожительной улыбкой, немедленно подкупавшей собесед­ника. Вдобавок – отличный гита­рист и заядлый джазмен. Сло­вом, симпатяга, заметно отличавшийся от образа стандартного хозяина резиденции на Даунинг-стрит.

Не удивительно, что этот яр­кий человек одним своим появлением в зале, на улице или на телеэкране поднимал настроение британским избирателям, внушал им веру в свои слова и свои обещания. И люди отвечали ему взаимностью. Блэр – единственный из лейборист­ских политиков, трижды под­ряд выигравший всеобщие вы­боры. Благодаря ему партия продержалась у власти неслыханные для себя 13 лет.

Но сегодня в 65-миллионной стране ему верит лишь кучка старых верных друзей. Для ос­тального большинства – он лгун, обманом затащивший страну в 2003 году в «кровавую иракскую авантюру». На его со­вести, считают его ненавистники, жизни 179 британских военных, погибших в Ираке, и страдания еще сотен бывших солдат и офицеров, до сих пор залечивающих свои раны.

В прошлый четверг я узнал его с трудом. На пресс-конференции, устроенной Тони Блэ­ром после представления сэром Джоном Чилкотом его многотомного доклада, на трибуну поднялся заметно поблекший пожилой мужчина (это в 63-то года!) с бледным лицом и по­тух­шими глазами. В разгар дискуссии в нем снова просы­пается боец, прорываются нот­ки того уверенного голоса, ко­торый казался раньше таким убедительным. Но потом, слов­но вспомнив, что он боль­ше не вызывает восторженной поддержки у аудитории, Блэр снова «остывает».

Юристы в сомнении

Теперь, после публикации итогов расследования, есть немало тех, кто очень хочет привлечь бывшего премьер-министра к уголовной ответственности, засадить его в тюрьму и взыскать с него миллионы фунтов. Прежде всего это родственники по­гибших британских солдат. После публикации доклада они объявили, что собирают­ся подробно обсудить со свои­ми адвокатами все представ­ленные в нем документы, что­бы разобраться, в чем конкретно можно его обвинить.

Горят желанием наказать Блэра и некоторые британ­ские парламентарии. Ини­циаторами выступают быв­ший претендент на пост ли­дера партии тори Дэвид Дэ­вис и депутат от Шотланд­ской национальной партии Алекс Салмонд. Не обнару­жив в действиях Блэра ни­какой «уголовщины», они хотят применить к нему за­кон о введении в заблуждение парламента при решении вопроса о вступлении в вой­ну в Ираке. За это они намереваются навсегда лишить его права занимать государ­ственные должности, избираться в парламент и состоять членом Тайного совета королевы Елизаветы.

Знаменательно, что это предложение активно поддерживает нынешний глава лейбористов Джереми Кор­бин. Той самой партии, которую в 2003 году возглавлял Тони Блэр. Хотя в такой по­зиции Корбина нет ничего удивительного. В те дни он был лейбористом-заднескамеечником и активно выступал против лидера своей партии. Даже был одним из огранизаторов грандиозной демонстрации в центре Лон­дона, протестовавшей против войны в Ираке.

Юристы вообще сомнева­ются в том, что какие-либо меры против Блэра будут приняты незамедлительно, однако не исключают возможности частных исков. Джеффри Робертсон, профес­сор юриспрденции Универси­тета королевы Мэри в Лон­доне, полагает, доклад Чил­ко­та не дает никаких ос­нова­ний для того, чтобы пе­редать де­ло Блэра в Гааг­ский трибунал. Поскольку агрессия как таковая не входит в список деяний, которые этот авторитетный международный суд может рассматривать.

Тем не менее другой круп­ный эксперт Джошуа Розен­берг допускает, что Гаагский трибунал может принять к рассмотрению де­ла об ответ­ственности пра­вительства Соединенного Ко­ролевства за факты насилия британских солдат над арестованными иракцами.

Впрочем, не исключен и другой поворот судебного сюжета. По правилам, запи­санным в Гаагской и Женев­ской конвенциях, оккупи­рую­щие государства не име­ют права подвергать фундаментальной трансформации экономическую и политическую систему оккупированной страны. Между тем так называемая Временная ад­министрация коалиции (CPA), при помощи которой США и Великобритания управляли оккупированным Ираком, провела целый ряд структурных экономических реформ, широко распахнув­ших иракскую промышлен­ность для крупномасштаб­ного вторжения в нее иност­ранных инвесторов.

Риски и иски

В докладе Чилкота приводятся интересные данные. Уже в первый год оккупации в Ира­ке работали 60 британских компаний. Общая сумма их контрактов составляла $2,6 млрд. Как говорится, по­беди­телю все лавры. Но у Чилко­та есть куда более ошелом­ляю­щая цифра: $8 млрд неф­тяных доходов, ко­торыми Ирак расплачивался с иност­ранными компаниями, были бесследно потеряны! По сло­вам британского представи­теля в оккупационной адми­нист­рации сэра Дже­ре­ми Гринстока, «огромное количество наличных крутилось вокруг в чемоданчиках, большая часть из них нигде не была учтена».

Кроме того, была уничто­жена конфессиональная по­литическая система, подра­зу­мевавшая организацию го­сударственной власти в соот­ветствии с делением общест­ва на религиозные общины.

Среди документов, оказав­шихся в распоряжении ко­мис­сии Чилкота, есть справ­ка из юридического департа­мен­та министерства иност­ран­ных дел, в которой Блэра пре­дуп­реждают, что «широ­кие зако­нодательные ини­циа­ти­вы CPA, связанные с ре­форми­ро­ванием экономики и систе­мы государственного уп­рав­ле­ния, обладают сом­нитель­ной легитимностью… не иск­лю­чен риск предъяв­ления ис­ков Соединенному Коро­лев­ст­ву».

В докладе Чилкота нет ука­заний на то, что британ­ские разведслужбы по требо­ванию премьер-министра нас­таивали на том, что ре­жим Саддама Хусейна рас­по­лагает оружием массового пораже­ния (ОМП) и даже может при­вести его в дейст­вие в течение 45 минут. Сам Тони Блэр не раз заявлял, что раз­ведка ошиблась, хотя не­по­нят­но, как такое могло быть. Как бы то ни было, ник­то не может обвинить его во лжи или подтасовке фактов. Но в историю он войдет как премьер, вовлекший свою страну в ненужную войну. Хо­тя сам он по-преж­нему считает, что решение, при­ня­тое в марте 2003 года, бы­ло правильным.

Есть у меня друг, который впервые пошел голосовать в 1997 году. «Я ничего не пони­мал в политике, но Блэр вы­зывал у меня искреннее восхищение, – признается он, – я голосовал за него, потому что он говорил на понятном мне и моим товарищам язы­ке. Он навсегда останется моим премьером».

 

Photo: 123rf.com

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.