Как стать звездой BBC Proms

Как стать звездой BBC Proms

Для многих советских детей музыкальная школа стала ужасом. Кто-то ее бросил, кто-то научился играть и проникся благодарностью, но му­зыкантами после всех этих трудов стали далеко не все. Молодой пианист Павел Ко­лесников – редкий пример человека, который не просто закончил музыкальную шко­лу, но и решил посвятить музыке жизнь. В 2012-м он переехал в Лондон, закончил Royal College of Music, был выбран BBC в группу молодых талантов на программу New Generation Artist, записал два альбома с лейблом Hyperion label. Помимо этого в августе 2016-го он принял учас­тие в BBC Proms, а газета The Telegraph опубликовала восторженный отзыв на дебют Павла, назвав концерт «наиболее запоминающимся из тех, что Лондон видел за пос­леднее время» и отметив его манеру игры как «покоряющую тонкость мазурок» и «высоты мастерства русской школы фортепиано». И вот 10 и 14 октября он выступит с большим симфоническим ор­кестром имени П.И. Чайков­ского в Лондоне и Бирмин­ге­ме. Мы поговорили с Павлом о русском музыкальном образовании и его пути.

Вначале была скрипка

Для Павла «музыкалка» началась добровольно. В шесть лет родители, оба новосибирские ученые, физик и генетик, от­вели его на концерт симфонического оркестра. Скрипачка мальчика буквально заворожила. «В 90-е, когда не было денег, найти хорошую скрипку было сложно, – вспоминает Павел. – Но мы ее нашли и я пошел в музыкальную школу на уроки скрипки и фортепиано».

До десяти Павел больше учился игре на скрипке, а фортепиано было для общего развития. «Мой первый педа­гог Ольга Викторовна Гвозде­ва, с которой я занимался фортепиано восемь лет, изоб­рела метод, который, к сожалению, мало используется в России, – говорит Павел. – Она исходит из того, что боль­шинство детей приходят в музыкальную школу для общего развития, а не для того, чтобы стать музыкантами, и ее цель – научить их любить музыку, а не играть в совершенстве два сложных этюда. Я играл, не концентрируясь на доведении техники до совершенства. Я играл больше, чем сверстники, но не так виртуозно. Я верю в этот подход, потому что это воспитывает аудиторию для классической музыки, а недостаток базы всегда можно преодолеть».

Через восемь лет такого «вольного» обучения любимая учительница сказала, что по­ра к другому педагогу. «Я был очень расстроен, – признается Павел, – теперь же вижу, что это героический поступок, по­тому что расставаться с учениками, с которыми сложились хорошие отношения, не любит никто. Тем не менее она перевела меня к педагогу питерской школы Ольге Ми­хайловне Панковой».

С новым учителем они по два часа работали над не­сколькими строчками. «Такая детальная работа раздражала, – говорит Павел, – но было и интересно. Помню, как мы ра­ботали над Дебюсси и как мне открывался мир звуков, которые можно извлекать из фортепиано. Тогда я все еще считал себя скрипачом и играл на фортепиано по принципу «не бросать же». Павел не мог и подумать, что когда-то критики The Guardian назовут его удивительным пианистом, который при всей виртуозности исполнения сумеет найти эмоции под грандиозной по­верхностью произведений Чай­ковского и Стравинского.

Москва VS Питер

Уже через год Павел нагнал фортепианных сверстников и попал в колледж при Ново­си­бирской консерватории к ле­гендарной Мери Симховне Лебензон.

«В России есть разделение на московскую и питерскую школы фортепиано. Объяс­нить, чем они отличаются, сложнее, чем объяснить разницу между католичеством и православием (смеется). Пи­терская школа более интеллектуальная и изысканная, больше внимания уделяется воображению, московская же – более виртуозная и яркая. Мой третий преподаватель – из московской школы. Она заг­лядывала под каждый палец, я учился обращать внимание на несознательные действия, следил, тренировал, развивал. Понимание того, что я не скрипач, стало приходить ко мне именно с ней. Бросить скрипку казалось немыслимым, но удовольствие, которое я получал от игры на фортепиано, было в разы больше».

Мои университеты

В 2007-м такая «московская школа» оказалась полезной и привела в Московскую консерваторию, затем он учился у Сергея Леонидовича До­рен­ского. Однажды Павел решил поехать на мастер-класс британского профессора Нормы Фишер, ее подход пришелся ему по душе, и параллельно с учебой в Московской консерватории Павел поступил в Royal College of Music.

«Между Московской консер­ваторией и Royal College of Music существует коллабора­ция, – говорит Павел. – Каж­дый год RCM отбирает нес­колько пианистов на полную стипендию для обучения в Лон­доне по программе Mas­ters. Но я поступил на бака­лавра и учился одновременно в Лондоне и Москве. Мне хо­телось изучить разные подходы, поэтому я дополнительно поступил на обучение к леген­дарной пианистке Марии Жу­ан Пиреш в Брюсселе. Ранее мы говорили про московский и питерский подход к игре на фортепиано, но в Лондоне оказалось, что это локальные отличия, и на фоне британского подхода они сливаются в общий русский подход. Теперь я бы сказал, что русский подход в интерпретации классики романтизирован, дается большая свобода в интерпретации авторского текста, звукоизвлечение более теплое и эмоциональное. Напротив, английский и немецкий подход гораздо более структурирован, это более ясное звучание, более строгое выражение мысли. Естественно, в какой культуре музыкант воспитан, то он и транслирует. Но мне повезло учиться в разных школах, не попасть в полную зависимость от преподавателей и научиться принимать свои творческие решения. В области музыки я вижу много чрезмерного академизма. Да, надо осваивать базу, но нужно и не бояться быть «вредным». Поэтому мне кажется, что нельзя начинать слишком рано и давать ее слишком много».

Живое звучание

Карьерные возможности появились, когда в 2012-м Павел выиграл Honens International Piano Competition. После по­беды Павла пригласили принять участие в схеме для классических музыкантов BBC – New Generation Artist. Каждый год на схему выбира­ют 6-7 музыкантов, она длит­ся два года и три месяца, музыкантам предоставляется возможность играть с оркест­рами BBC, работать в студии, принимать участие в транс­ляциях. «Количество лю­дей, которые в этой стране слуша­ют классическую музыку по радио, – невероятно! Но ничто не сравнится с живым звучанием!»

Звучание Павла сегодня от­мечают британские критики: оно сочетает в себе не только мастерство интерпретации, почерпнутое из русской школы, но и виртуозность и многогранность его манеры, что по мнению самого Павла стало результатом знакомства со многими школами и манерами преподавания игры.

Большой симфонический оркестр имени П.И. Чайковского выступит:
10 октября в Лондоне (Cadogan Hall, дирижер Владимир Федосеев, билеты тут)
14 октября в Бирмингеме (Birmingham’s Symphony Hall, билеты тут)

Кристина Москаленко
Фото: Colin Way

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.