Леонид Парфенов: «В названии фильма слово «русские» – на первом месте, а «евреи» – на втором»

Леонид Парфенов: «В названии фильма слово «русские» – на первом месте, а «евреи» – на втором»

После выхода в прокат картины «Русские евреи. Фильм первый. До революции» и «Русские евреи. Фильм второй. 1918-1948 годы» фонд «Генезис» и студия «Намедни» в сотрудничестве с Центром документального кино (ЦДК) представляют третий заключительный фильм трилогии о роли российских евреев в жизни русской цивилизации совместного авторства Леонида Парфенова и Сергея Нурмамеда – «Русские евреи. Фильм третий. После 1948 года». В преддверии показа третьей части цикла фильмов у нас была возможность задать несколько вопросов Леониду Парфенову.

Леонид Геннадьевич, вы уже показывали две предыдущих части своего проекта в Лондоне. Скажите, какую реакцию от наших зрителей вы ожидаете? Она обычно от страны к стране отличается? Вопросы задают разные?

— Да любой реакции, лишь бы была. Люди ведь по разным мотивам приходят кино смотреть, да еще такое – документальное. Кому-то сама тема интересна, кто-то наши прежние проекты видел и решил, что стоит пойти, кому-то трейлер в интернете попался на глаза или отзыв видевших фильм в России. А вопросы на встречах при премьерных показах не очень отличаются. В Тбилиси и Екатеринбурге, в Киеве и Лондоне примерно одно спрашивают. Разве что в Израиле порой проскальзывает ревность: как это про нас сняли не мы сами? Тогда я напоминаю, что в названии слово «русские» – на первом месте, а «евреи» – на втором. Это не значит, что фильм агитирует за ассимиляцию – теперь-то каждый волен принимать свое решение. Но этот феномен особой «русскости» – прихода в нее из евреев – очень важная часть нашей цивилизации.

parfenov2

Не могли бы вы кратко для нашего читателя обрисовать, о чем будет последняя часть трилогии и какой период ее повествование охватывает?

— Фильм называется «После 1948-го» – то есть, это время от убийства Михоэлса, разгрома Еврейского антифашистского комитета и кампании против «безродных космополитов». Это все в один тот поворотный год случилось. А далее – десятилетия то более, то менее сурового государственного антисемитизма, с некоторыми исключениями для публичных звезд. И почти поголовный отход новых поколений евреев от социализма, который так активно строили их отцы и деды. А теперь внуки – пламенные диссиденты-западники, или сионисты, или подпольные предприниматели, или просто требовательные обыватели, недовольные уровнем жизни в СССР. Да еще и получившие в 1970-х право на эмиграцию – пусть и стесненное – возможность отказаться от социализма именно по национальному признаку. Очень важный сюжет поздней советской истории, повлиявший на общее разочарование в строе.

Вы не раз говорили о том, что «Русскими евреями» история «вливаний» в русскую цивилизацию в культурном и социальном плане со стороны других народов, населявших или переехавших в Российскую империю, для вас не заканчивается. И что есть задумка еще как минимум двух аналогичных циклов – про русских немцев и русских грузин. Скажите, есть ли какие-то подвижки с этими проектами?

— Проекты «Русские немцы» и «Русские грузины» сложились у меня в голове – это главное, а реализация бывает скорой не всегда. Про тему русских евреев для съемок я первые говорил в 1992 году с Зиновием Ефимовичем Гердтом. Он отказался, посоветовав мне «не собирать незабудки на заминированном поле». Но я не послушался.

parfenov5

Про русских немцев и русских грузин мы фильмы увидим нескоро. А над чем вы работаете сейчас или планируете начать снимать в ближайшее время?

— Во-первых, прежде чем снимать, нужно разработать эпизоды и написать сценарий. Поскольку этим я занимаюсь сам, то бюджета не требуется, и над «Русскими немцами» и «Русскими грузинами» я работаю все те годы, что занят «Русскими евреями-2». Во-вторых, мой другой большой проект – книги-альбомы «Намедни». Вот сейчас, осенью, вышел восьмой по счету том: 1931-1940. Я надеюсь, что вскоре мы начнем работать над томом 2011-2015. Они в последнее время чередовались – давние периоды и нынешние годы. Причем современность приходится делать не по 10 лет, а по пять – слишком все свежо в памяти, трудно сокращать подробности. А до конца 2017 года больше всего времени занимают «гастроли», подобные лондонским: в разных городах и странах я представляю то фильм, то том, то оба вместе.

— «Русские евреи-3» захватывает период, который часть наших современников или еще не застали, или их воспоминания с течением времени могли сильно трансформироваться. С подобными несоответствиями у зрителя не пришлось столкнуться?

— Конечно. Это нормально, люди порой страстно спорят и про времена, которых они не застали. Я к любому отношению готов, лишь бы публика не оставалась равнодушной.

parfenov4

Какими соображениями вы руководствовались, выбирая ту временную границу, все происходящее после которой в отношении русских евреев уже не стоит того, чтобы быть показанным в вашем цикле фильмов? Вы планируете снимать продолжение в будущем, ведь история русских евреев не закончилась, и за последние 20 лет с ними многое произошло?

— В конце 1980-х – начале 1990-х закончилась огромная историческая линия русских евреев: от Екатерины, от разделов Польши, когда Россия вдруг стала страной с самым большим еврейским населением, и до поздней перестройки. Дальше – современность, совсем другая эпоха, требующая другого рассказа. А на 20 лет вперед даже Госплан СССР не планировал, что вы.

parfenov3

Грань между сухой документалистикой и интерпретацией и презентацией отобранного документального материала в проектах, подобных вашему, – она всегда очевидна? Это сложно –  балансировать, стараясь не убегать в наукообразность серьезной монографии, но при этом не «облегчая» фактологию до примитивности и не скатываться в откровенное приукрашивание на потребу телезрителю?

— В этом и заключается наше ремесло. Тут все от твоего вкуса и чувства меры зависит. Опять-таки, они могут кому-то нравиться, а кому-то казаться несносными. Но главная наша задача – моя и режиссера-постановщика Сергея Нурмамеда – вести именно экранное повествование. И отбор эпизодов, метод их решения зависят прежде всего от этого критерия: чтоб было что смотреть, за чем следить на экране. Этот проект не похож на наши предыдущие, у него особая стилистика, свои приемы – ну, вот так мы сегодня понимаем «экраногеничность».

Подытоживая сказанное, считаете ли вы, что проект получился именно так, как вам бы хотелось? Остались ли полностью довольны результатом вашей с Сергеем Нурмамедом совместной работы?

— Это не нам решать – получился ли проект, а зрителю. И соответствие его нашим замыслам совсем не важно. Экранная стилистика фильмов была для нас новой – это прежде всего заслуга Сергея Нурмамеда, который и режиссер-постановщик, и оператор-постановщик. Вот про это можно сказать: работой Сергея я очень доволен, мне очень повезло с соавтором.

Беседовала Мария Акопова

Встреча с Леонидом Парфеновым и показ заключительной, третьей части трилогии состоится 6 ноября в 17:30 и 20:30 в The Tabernacle Theatre, 35 Powis Square, W11 2AY.

Билеты: angliya.com/tickets

parfenov7

parfenov8

parfenov6

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.