Можно ли винить Джонсона в расколе партии 

Можно ли винить Джонсона в расколе партии 
// UK Parliament, Jessica Taylor

«Турбулентное лидерство нового премьер-министра есть симптом, а не причина болезни», – говорит британская пресса

Зураб Налбандян

Ночной разговор над облаками

Лет 20 назад мне привелось лететь ночным рейсом «Аэрофлота» из Лондона в Москву. Усталость сморила. Хотелось откинуть спинку кресла, вытянуть ноги, закрыть глаза и отключиться. Но что-то мешало. На всякий случай приподнялся и как бы случайно взглянул на соседей сзади: не причиню ли им сложностей? Сзади меня сидели двое пожилых людей. Женщина спала, подобрав под себя колени, мужчина делал вид, что пытается смотреть в окно, но с высоты десяти тысяч метров рассмотреть что-либо интересное на чужой земле было явно чрезмерной задачей. «Разведка» показала, что женщине я не помешаю, а ее мужу тем более. Вернувшись в исходное положение, я осторожно отодвинул свое кресло наполовину возможного и закрыл глаза. Правда, уши еще работали. И вопрос дамы к своему мужу, хоть он и был произнесен почти беззвучным шепотом, вполне четко вместился в мое левое ухо: «Дима, а куда ты дел свой партбилет? Я не помню, чтоб мы об этом говорили».

«Ничего, утром освежу твою память отличным кофе, сразу вспомнишь».

Это не была угроза. Сосед не зря старался найти что-нибудь интересное за окном. В то, что он не раз и не два рассказывал супруге историю исчезновения своего партбилета, я легко поверил. Прошло около минуты, и женщина прошептала слова, которые сразу объясняли ее беспокойство: «Ну, как же так? Столько лет ответственной работы, столько речей, заседаний, книг, банкетов…»

Она собиралась перечислять и дальше, но муж прервал вереницу ее воспоминаний. «Я тебя умоляю, остановись! Последние годы ты живешь совсем в другом мире, где всего этого, слава богу, нет и больше не будет! Есть эта «Единая Россия», которая никому не интересна и не нужна. Ее история будет еще короче, еще постыднее… Скажи спасибо, что мы с тобой не имеем с ней ничего общего, что дети получили европейское образование, что ты каждое лето ездишь отдыхать на лучшие мировые курорты, лечишься у знаменитых врачей, летаешь в Италию на оперные премьеры. Ну не плачь ты бога ради по этому большевизму, который так изуродовал твою родину…»

Тори на последнем издыхании?

«Британская Консервативная партия умирает». Так начал свою колонку в минувшую субботу знаменитый комментатор газеты The Times Мэтью Пэррис. «Турбулентное лидерство нового премьер-министра есть симптом, а не причина этой болезни, которой моя партия заразилась многие годы тому назад».

То, что произошло на минувшей неделе, не может быть стерто из памяти Британии, а заодно и всей Европы. Соединенное Королевство преподало отличный урок того, к чему приводит популизм, когда его выпускают на волю в демократическом обществе.

Брат на брата

Внешне они очень похожи, хотя разница в возрасте значительная. Джо – самый младший из детей в этой семье. Проигрывает Борису целых шесть лет. С 2010 года является депутатом парламента от партии тори. Несколько раз занимал министерские посты в правительстве Дэвида Кэмерона и Терезы Мэй – отвечал за транспорт, потом за Лондон. Но истинный конек Джо – британское высшее образование. Именно это направление он возглавил, когда впервые оказался членом правительства Ее Величества.

Если почитать историю семьи Джонсонов: детство, полное родительских измен, психических заболеваний, эмоциональной жестокости и пограничного пренебрежения, не удивительно, что младшие Джонсоны всегда держались вместе – «Джонсоны против всего остального мира». Какими бы ни были их опасения по поводу политики Бориса, братья и сестры считают его своей опорой, своим лидером. Джо Джонсон оспаривал утверждения о том, что он присоединился к правительству брата для того, чтобы увести его от «Брекзита» без сделки, но верно полагать, что не поддерживать Бориса вовсе для него было просто невообразимо.

Младший брат в отличие от старшего не болеет себялюбием, не мечтает проснуться утром в резиденции премьер-министра. По мнению тех, с кем он близко знаком, Джо скромен, добр, учтив. В отличие от старшего брата Джо – отличный семьянин, любящий муж и отец.

Перефразировав знаменитую фразу Толстого, можно сказать, что «каждая несчастная политическая семья несчастна по-своему». У Джо Джонсона столкновение произошло между его семьей по родству и той, которую он создал. Супружеская пара может с радостью поддержать разные политические партии, если они разделяют те же внутренние ценности. Но жена Джо Джонсона, журналист The Guardian Амелия Джентльмен, провела год, разоблачая отношение тори к мигрантам поколения «Уиндраш», которое она представила не только как политическое, но и моральное надругательство. Эта идея настолько укоренилась в ее взглядах, что, когда ее муж приблизился к кабинету тори, она тут же вступила в Лейбористскую партию Джереми Корбина.

Когда он объявил в парламенте, что покидает кресло депутата Палаты общин и должность министра правительства, возглавляемого его старшим братом, многие присутствующие вспомнили ситуацию четырехлетней давности, когда младший из братьев Милибэндов почти в буквальном смысле вонзил нож в спину старшего брата Дэвида, который при последнем премьере-лейбористе занимал пост министра иностранных дел и пользовался большим уважением в дипломатических кругах Запада.

Возможно, «Брекзит» разделил семью Джонсонов, увы, как и многие другие семьи, обнажил скрытые до этого гневные чувства о том, из чего должна формироваться нация и кто имеет право в ней жить.

Кто виноват?

В своей статье «Не обвиняйте Бориса Джонсона в крахе тори» журналист Мэтью Пэррис говорит о том, что партия консерваторов умирает, но повесить это «убийство» на Бориса Джонсона никак нельзя: «Вина должна лежать на плечах Консервативной партии, всей Консервативной партии и только Консервативной партии. Они одни навлекли на нас эту проблему с «Брекзитом». В наше время небрежное использование аналогии психических расстройств в качестве метафоры для глупости рассматривают негативно, но я пишу вполне серьезно. Что-то безумное укоренилось в нашей партии, и наша внутренняя защита – наша иммунная – кажется слишком слабой, чтобы идентифицировать этот новый джихадизм, противостоять ему и отразить его».

Он говорит о 21 депутате, перешедшем на «другую сторону», как о храбрецах, нежели мятежниках, считая, что они  представители более крупной, но пока молчаливой группы на правительственных скамьях, которые предпочитают бороться за то, во что верят, а не сдаться и плыть по течению. А то, что на них немедленно указали пальцем и назвали повстанцами, только показывает, насколько старая партия была доведена до экстрима. Консервативной партии он пророчит конец. «Боюсь, уже слишком поздно отступать. Остается слишком мало того, что когда-то составляло ядро партии, чтобы вернуть все предприятие тори к здравомыслию».

Что касается Джонсона, то и его положение довольно шаткое: в политике у него есть друзья, но ненадежные. Да и у оппонентов и некоторых коллег по цеху может вдруг прорезаться голос…

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.