«Я и доктор, и пациент»

«Я и доктор, и пациент»
фото

Пятнадцать лет назад репортажами Михаила Зыгаря, тогда военного корреспондента газеты «Коммерсант», зачитывалась вся Россия. С тех пор его карьера шла только на взлет. Кажется, что успех сопутствует почти каждому его начинанию, будь то знаменитые книги «Вся кремлевская рать» и «Империя должна умереть» или интерактивные проекты «1917. Свободная история» и «1968.Digital».

Но он продолжает экспериментировать с различными форматами и теперь решил выйти на театральную сцену, представив публике моноспектакль «Война и миф: смешные истории о страшном». Спектакль уже собирал аншлаги в Гоголь-центре – пришло время показать его британской публике.

25 февраля лондонская компания Bird&Carrot представит театральный проект Михаила Зыгаря в Лондоне. Также в планах Александрины Маркво – создание англоязычной версии спектакля, премьера которой состоится на фестивале в Эдинбурге в августе.

— Вы начали как военный корреспондент, затем приобрели известность благодаря другим проектам, а сейчас выступаете  в собственном спектакле. Каково вот это — менять сущности?

— Я бы не сказал то, что я меняю сущности. Я рассказываю о том, что со мной происходило тогда, но опираясь на мой сегодняшний опыт. Когда я объединял то, что я написал во время работы корреспондентом, в книгу «Война и миф», это был рассказ о том, что происходит с людьми на войне. А то, о чем я рассказываю сейчас, — моя личная история: что произошло со мной и происходит с людьми, которые пытаются преодолеть свои страхи и что-то доказать окружающим. Это в меньшей степени история о войне и в куда большей — о личном жизненном пути.

– Сложно вам после работы корреспондентом, редактором, интервьюером выступать от своего имени на сцене?

– Конечно. Я такого еще никогда не делал. Это сложный частично эксперимент, частично способ проанализировать  трансформацию, которая произошла со мной за 15 лет. Обычно я – писатель, который работает в жанре нон-фикшн и в качестве материала использует чужой опыт. А тут для разнообразия решил использовать свой опыт и стать для себя подопытным кроликом. Я и доктор, и пациент, я и персонаж-прототип, и актер, и сценарист при этом.

— И как это ощущается?

— Это сложно: нужно быть безжалостным к самому себе. Ведь это должны быть три разных человека: актер должен уметь посмотреть на персонажа так, чтобы показать его интереснее, жестче, ярче. Сценарист должен абстрагироваться от желаний персонажа и актера и сделать необходимое ему самому. А тут я пытаюсь быть жестоким к самому себе сразу в двух разных смыслах.

– Как вы думаете, насколько реакция лондонской публики может отличаться от московской?

— Мне было интересно сделать историю о человеке, его психологии и о том, как меняются его желания и мечты в зависимости от ситуаций, в которые он попадает. Поэтому мне кажется, что эта история совершенно вненациональная и внекультурная. Она в равной степени будет  понятна разным людям вне зависимости от места их обитания.

– Пойдет ли речь в спектакле о современной России?

— С одной стороны, я человек, который живет в России, является ее продуктом и идет параллельно по тому же пути, что и страна. Но с другой стороны: является ли мой проект политологическим анализом или лекцией о современной ситуации? Нет. Это психологический моноспектакль.

— Как ваши проекты воспринимает зарубежная диаспора?

— Я не знаю про диаспору. Мы следим за тем, откуда люди заходят на сайты и где какое количество скачиваний. Большая часть — это Россия, но раз на раз не приходится, к тому же у некоторых проектов есть английские и французские версии. «1968» был по-настоящему международным проектом, и там больше половины аудитории была нерусскоязычной.

Но поскольку почти все проекты, которые я делаю, так или иначе живут в онлайне, для них не существует этих границ между диаспорой и людьми, которые проживают на территории Российской Федерации. Границы совершенно по-другому устроены. Хотя для русскоязычных людей за пределами России эти проекты могут представлять особенную важность, потому что создают ощущение вот этой неразрывности.

— Собираетесь ли вы делать какой-то западный проект?

— В какой-то момент мне казалось, что за пределами России отчасти легче делать проекты. Но чем больше я узнавал, тем очевиднее становилось, везде есть свои плюсы и минусы. Сейчас некоторые новые проекты будут только западными, да.

– Например? Расскажете о каком-нибудь.

— Не могу. С недавних пор я решил не рассказывать ни о чем преждевременно. Не нужно запускать волну раньше времени, чтобы не растерять ничего по дороге.

— А вам самому что больше нравится: писать книги в спокойном режиме, делать репортажи или выступать на сцене?

— В разные моменты жизни у меня были разные предпочтения. Во-первых, к сожалению, я не могу сказать, что написание книг — это спокойный режим. Потому что есть разные книги и разные методы. Некоторые книги нужно собирать в процессе интервью, и это бывает довольно экстремальным процессом. Писать книги — это интересно, писать сценарии тоже интересно, и выступать перед людьми тоже очень интересно, конечно. Но мне по-прежнему кажется, что я занимаюсь же всю жизнь примерно одним и тем. К тому же я и продолжаю писать книги — в этом году выйдет книга про 90-е годы, и она составлена из разговоров с живыми людьми, но только переформатированных, переваренных в линейную историю и «живой» триллер.

— Не страшно ли вступать на территорию 90-х? 

— Мне кажется, что я меньше всего похож на человека, которому что-то страшно. Пока хочется заниматься ровно тем, чем я занимаюсь. Причем этих занятий так много, что у меня даже нет ощущения, что я что-то откладываю на потом или не делаю то, что хочется.

– То есть вы счастливый человек. Занимаетесь именно тем, что хотите.

– Счастливый человек определяется не только занятием — есть много разных слагаемых. Но если говорить о свободе делать, что нравится… Я долго шел к этому везению.

– Что вы будете делать в Лондоне, кроме выступления?

— У меня есть несколько проектов в Лондоне, связанных с кино, я и сейчас ими активно занимаюсь. Надеюсь, что к моему приезду они продвинутся и будет над чем поработать. А так я часто бываю в Лондоне и довольно комфортно себя чувствую в этом городе.

— Когда вы пишете книги, берете ли вы за образец какую-то школу нон-фикшн – американскую, британскую, французскую?

— Вы знаете, я никогда не брал за образец никакую школу нон-фикшн. Даже неловко в этом признаваться, но нужно. Я всегда в первую очередь отталкивался от того, что большая часть нон-фикшн, которую я вижу, ориентирована не на читателя, а на автора. Как правило, авторы пишут так, как им хочется, как им кажется интересным, красивым или классным, преследуя свои интересы и игнорируя читателя. Мне казалось, что важно писать, чтобы читать было интересно.

— Получилось?

— Мне кажется, да.

Беседовала Вера Щербина

Моноспектакль Михаила Зыгаря «Война и миф. Смешные истории о страшном»

КОГДА: 25 февраля в 19:00
ГДЕ: Bush House, King’s College London, 30 Aldwych.
БИЛЕТЫ: £40– £60 (angliya.com/tickets)

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.