Музыкальная пауза

Музыкальная пауза

Пандемия загнала в онлайн весь мир. Но если для каких-то профессий и отраслей это обстоятельство стало вариантом нормы, а для кого-то даже поспособствовало эволюции деятельности, то людям искусства в измененной реальности пришлось не слишком комфортно. Химия, неизбежно случающаяся в отношениях артиста и зрителя, в виртуальном мире пока безвозвратно теряется.

Об уроках карантина, возможностях обучения музыке через экран, а также особенностях музыкального образования в Англии и России мы поговорили с Юлией Чаплиной, известной пианисткой, лауреатом Международного конкурса имени Чайковского, арт-директором Русской музыкальной школы имени Чайковского в Лондоне.

— Когда-то Денис Мацуев в интервью рассказывал мне, что наравне с музыкой в детстве любил футбол, и когда его пригласили в Москву учиться, папа пообещал сыну, что он сможет посещать там домашние матчи любимого клуба. Тем и уговорил. Как не пережать в раннем возрасте, видя, что ребенок способный, но при этом и не упустить момент для раскрытия таланта?

— Вопрос на миллион. Тоже знаю эту историю от Дениса и считаю, что его папа поступил мудро. Я росла очень даровитым ребенком. В семь лет играла концерт Баха. В восемь — исполняла с оркестром. Что не мешало мне кататься на роликах, заниматься фигурным катанием и вести активный образ жизни. Музыка шла все время в параллели, и, мне кажется, это очень правильно. Иначе перекос может очень сильно аукнуться и отразиться на развитии ребенка. Я знаю многих, кто занимался только музыкой. Лет в тридцать у них случался кризис. Поэтому важно обеспечить детям нормальное детство. Я противник принудительных методов из серии «пока не позанимаешься, не выйдешь из комнаты». Когда ты как родитель почти не прилагаешь усилий, а у ребенка все равно получается, тогда и нужно делать выбор и развивать его талант, понимая, что это не тебе так хочется, а ему так нравится и дано.

— Как, не будучи музыкантом, сделать правильную диагностику, адекватно оценить способности ребенка? Приходится ли вам переубеждать родителей, которые приходят и заявляют: возьмите моего гения под свое крыло?

— Да, действительно, достаточно часто у родителей завышенные представления о способностях их детей. А музыка, та же игра на рояле, сейчас достигла таких высот, что, если вашему музыканту тринадцать-четырнадцать лет, есть смысл посмотреть, что в таком возрасте уже делают другие. Для этого надо просто включить YouTube, чтобы сравнить и оценить уровень вашего ребенка. Если вы там увидите одного сверхъестественно играющего ровесника, это ничего не значит, но если три-четыре человека играют лучше вашего чада, как ни прискорбно, надо делать выводы.

Но бывает, что ребенок просто любит музыку и ему не надо быть ни Рихтером, ни Мацуевым. Может, он просто хочет стать музыковедом, без амбиций артиста. И такое желание не стоит недооценивать. Если вы услышите вашего ребенка и поможете, он будет заниматься действительно любимым делом. А не это ли главное?

— Вы продукт российской педагогической школы. Каковы преимущества музыкального образования в России и Британии?

— В Англии, к сожалению, полное отсутствие того, что мы называем музыкальной школой. Здесь есть специальные учебные заведения при консерваториях, но обучение там только по субботам, что очень печально.

Зато не могу не отметить элитарность занятий музыкой в Великобритании. Если здесь вы человеку говорите «Я профессионально играю на рояле», это идентично «Я профессионально занимаюсь поло». Музыка здесь искусство, которое не все себе могут позволить. Я имею в виду прежде всего сами занятия с профессиональным педагогом. Потому что при отсутствии музыкальных школ те два часа в неделю в рамках школьной программы, к сожалению, ничего не дают.
При этом здесь очень хорошо развита поддержка талантливых людей. Существует меценатская система, наблюдается большой пиетет перед пианистами. Все это способствует мотивации стать музыкантом.

— Когда вы переехали, какие были откровения по части неожиданных музыкальных привычек?

— Здесь занимаются по часу, а при опоздании урок никто не продлевает. Даже в вузах. В России обучение длится по два-три часа. И это правильно, особенно в тинейджерские годы, когда нужно очень много заниматься с педагогом. Если тебе необходимо подготовиться к конкурсу, с тобой сидят и оттачивают мастерство. В Англии с тобой никто не возится, все под личную ответственность. Отсюда интересное наблюдение.
Моя мама — профессор Ростовской государственной консерватории. У нас всегда было так: если у тебя ученик играет плохо, это вина профессора. Здесь — если ты профессор, ты это звание заслужил, поэтому если у тебя плохо играет ученик, значит, он не позанимался. В России плохое выступление студента педагоги всегда воспринимают на свой счет. В Англии оно означает только одно: ученик плохо позанимался. Поэтому здесь больше упор на самообразование.

Если мы говорим о культуре концертов, разница тоже есть. Самый большой контакт здесь у меня всегда с регионами. В моем же родном Ростове филармония всегда была полупустая, даже если приезжали очень именитые музыканты. В Англии в глубинке люди ходят на концерты даже больше, чем в Лондоне. Это очень ценно.

Ну и, повторюсь, статус музыканта. Когда я училась, меня дразнили, узнав, что я иду в консерваторию: «А-а-а, это там, где консервы делают?» Здесь же твоя профессия сразу вызывает уважение, ты небожитель. Причем и среди детей. Все понимают, что это колоссальный труд.

— Во время пандемии нашей неизбежностью стало онлайн-образование. Реально ли научиться играть дистанционно?

— Я рассматриваю пандемию как временное явление. Но считаю, что бросать занятия на три месяца нельзя ни при каких обстоятельствах. Конечно, онлайн хуже, чем личные занятия с педагогом, однако это вынужденная мера. Причем я узнала и плюсы: когда ты видишь человека со стороны, это позволяет лучше отрабатывать какие-то сложные партии. И я не одна такого мнения. Я запустила серию интервью с известными пианистами и педагогами, чтобы поддержать местное музыкальное сообщество. Сейчас у многих депрессия из-за отмены концертов, психологически тяжело. Так вот, мои герои, которые тоже перешли в онлайн, делятся со мной разными интересными открытиями в этой связи.

Главная проблема дистанционного преподавания — звук. Все очень зависит от качества связи. Мы, к сожалению, часто воспринимаем ее как что-то данное богом. А мой знакомый профессор просто позвонил своим провайдерам, поругался и нашел других. Качество и скорость стали прекрасными. Иногда решение проблемы буквально на поверхности.

— Вы много выступали из дома на самоизоляции. Как вам игралось без химии со зрителем?

— Было очень интересно. Знаете, когда давала первый концерт из дома, вообще не волновалась. Думала: я каждый день играю, что страшного? Но когда увидела число людей в прямом эфире, поняла: это публика! И нервы начали зашкаливать, случился такой адреналиновый шок. Когда выходишь на сцену, знаешь, сколько будет людей в зале. А тут включаешь кнопочку, и там — 400 человек. Это оказалось сложно психологически.

— Возможность играть в тапочках, сэкономить время на гриме, сборах — как это сказывается на энергетике онлайн-концертов?

— Интересный момент. Все зрители отмечали мои фирменные тапочки. (Смеется.) Знаете, когда я просто записывала маленькое видео, никаких новых ощущений не было. Это как запись диска — знаешь, что будут дубли. А когда играла концерты в реальном времени, меня вдруг начинал раздражать мой диван, яркая подушка, которую я почему-то не убрала. Я на свою комнату иначе смотрела. Странная трансформация восприятия, которой никак от себя не ожидала.

— Вы уже представляете свой первый концерт, когда станет можно?

— Уверена, это будет очень эмоционально.

— В чем вы выйдете к зрителям? Платье, образ — интересно же!

— Пока не представляю. Но я была так рада, когда примеряла платье, купленное в январе, и поняла, что в него влезла. Когда ты играешь, ты всегда в форме, а во время самоизоляции были определенные опасения!

— С какой музыкой у вас будет ассоциироваться время на карантине?

— Ноктюрны Шопена и экспромты Шуберта. Маленькие, теплые. Они очень подходили под ситуацию. А вот репертуар Шостаковича и что-то другое русско-советско-трагическое совсем не хотелось играть, несмотря на непростой момент. Душа требовала чего-то более умиротворенного и позитивного.

Беседовала Мария Егорова

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.