Соучредитель фонда Dor Moldova Анна Томша: «В моей картине мира дети не должны голодать»

Соучредитель фонда Dor Moldova Анна Томша: «В моей картине мира дети не должны голодать»
фото

Расхожая фраза «В Африке голодают дети» уже давно воспринимается как нечто абстрактное и далекое. И мало кто задумывается всерьез о том, что в XXI веке в европейском государстве Молдавия каждый пятый ребенок находится за чертой бедности, то есть ложится спать голодным, часто сам добывает себе еду и ходит в снег в парусиновых тапочках. Причем далеко не всегда в школу…

О том, кому, как и в чем именно сегодня можно и нужно помогать, мы поговорили с жительницей Лондона Анной Томшей, соучредителем фонда Dor Moldova.

– Почему ваш фонд работает именно с Молдавией? С этой страной вас связывает какая-то личная история?

– Я международный ребенок, и моя мама действительно родом из Молдавии. Но все началось, как это часто бывает, с альтруистического порыва. Я была беременна, увидела где-то информацию о сборе средств на лечение мальчика Артема, который сидел под капельницей, весь в зеленке, переложила ситуацию на себя и на гормонах вовлеклась. Открыла фандрайзинг для сбора средств на дополнительную помощь, которую государство не предоставляет.

И здесь у меня стали появляться вопросы: а почему нет государственной системы, протоколов, предполагающих получение качественных лекарств? Так я начала пытаться что-то изменить. Связалась здесь, в Англии, с волонтерскими организациями, НКО.

Опять же, почему Молдавия – потому что там ничего нет. Одна моя знакомая сказала: в Молдавии, куда ни посмотришь, везде нужна помощь. В России, Украине есть сильные фонды: «Подари жизнь», «Таблеточки», – они сотрудничают с государством. На их примере мы и начали развивать свою деятельность. 

В благотворительности нередки истории про «причинить добро», когда объективно кажется, что помощь нужна, а на деле люди настолько привыкли, что не хотят ничего менять.

– Совершенно верно. И у меня бывали случаи, когда помогаешь матери-одиночке, ставшей жертвой насилия, уйти с ребенком-инвалидом от мужа-тирана в безопасное место, пристроить малыша в садик, получить профессию, собрать деньги через фандрайзинг, а она берет и покупает дорогой мобильный телефон…

Когда так обжигаешься, понимаешь, что надо пересмотреть подходы к своей деятельности. Именно поэтому я предпочитаю работать не с верхушкой, а с корнем проблемы. Например, мы все знаем, что бедность – это состояние, но редко задумываемся, почему люди в нем оказываются. А ведь одна из причин – незнание о самой возможности поддержки.

В Молдавии у очень большого количества людей до сих пор нет доступа к интернету, поэтому у них нет и знания, что можно в принципе попросить о помощи и рассказать о том, что они в чем-то нуждаются. А многие и не понимают, нужно ли им это.

95% наших подопечных – женщины, которые в детстве стали жертвами домашнего насилия и которых сейчас избивают мужья, имеющие проблемы с алкоголем, без образования. По этой причине в Молдове мы работаем только с местными округами и мэриями, у них есть списки нуждающихся семей. Помогать можно именно адресно, с четким пониманием: человеку это нужно, ему необходимо что-то конкретное. Нет помощи в формате one size suits all («один размер подходит всем»). 

Классический пример для меня – всемирно известный проект по облегчению жизни африканским женщинам. Из-за нехватки воды они ежедневно ходили на край деревни и добывали воду из-под земли с помощью насосов. Возникла идея, как решить проблему, – построить на этом месте детскую площадку с качелями, катаясь на которых дети будут приводить насосы в действие. Потратили нереальную сумму денег, а получили провал века. Дети не пользовались площадкой как задумано, и женщинам приходилось самим садиться на качели, те ломались, и деревня опять оставалась без воды: банально не было запасных деталей и мастеров, способных починить насос. А все потому, что людей даже не спросили, нужна ли им такая помощь. 

– В России, которую вы привели в пример как страну с развитой благотворительностью, есть система опеки и попечительства. Справедливости ради стоит сказать, что иногда случаются серьезные перегибы, когда людей тоже не спрашивают, нужна ли им такая помощь, например отбирая детей у родителей. Как в Молдавии работают эти органы? 

– К сожалению, органы опеки и соцслужбы в Молдавии работают очень слабо, в отношении них много критики со стороны международных организаций, действующих на территории страны. Бывают вопиющие случаи, когда в семье двенадцать детей, мама рожает их одного за другим, постоянно происходит откровенное насилие, и все службы на это смотрят, но ничего не делают. Иногда же, наоборот, принимают решение об изъятии ребенка у матери, вместо того чтобы предложить ей помощь. Наша организация как раз помогает мамам, находящимся в трудной ситуации, встать на ноги, чтобы у них не отобрали детей.

Вспоминаю еще один случай, когда девочка в шестнадцать лет родила ребенка от взрослого мужчины. Ребенка как раз хотели отобрать, поскольку она несовершеннолетняя. Но у девочки проснулся материнский инстинкт, поэтому местный волонтер, которая курировала эту историю, всеми силами боролась за сохранение семьи, и она помогла не допустить разлуки.

Порой женщине просто нужен своеобразный поводырь, который ее поддержит, успокоит и убедит в том, что она со всем справится, потому что не одна.

– Что вам дает силы заниматься этим, не проживая каждую трагедию лично? И как удается избежать профессионального выгорания?

– Я подхожу к своей работе с горящим сердцем, но с холодным умом, понимая, что нельзя всю себя распылить везде. Стараюсь давать нуждающимся инструменты, чтобы они могли сами себе помочь, и это самый результативный подход. Не могу сказать, что страдаю от выгорания, но моменты, когда понимаешь, что вкладываешь уйму сил, и не видишь результата, конечно, бывают. Если что-то идет не так, если чую, что какая-то стагнация в проекте, сразу решаю пересмотреть стратегию, план. Не получается самостоятельно – значит, надо брейнстормить с кем-то либо посмотреть на опыте других, как эта проблема уже решалась. Мой совет, как и в любой другой сфере, – надо просто переключиться, отдохнуть.

Вот недавно мы решили, что будем обустраивать в одном из поселков библиотеку и детский центр, потому что у детей там нет никакого пространства. Местный директор пытался что-то сделать своими силами, но финансирование по линии государства не удалось пробить. Мы решили подавать заявку на грант, а это системная и монотонная административная работа, с большим количеством писанины. Так как я креативный человек, меня нужно обязательно вовлекать в какую-то деятельность. В какой-то момент я подумала: вот сейчас у меня полностью пропадет мотивация этим заниматься, начну прокрастинировать. А значит, нужно себя чем-то зажечь. Так я придумала себе другой проект, по сбору вещей. И мы быстро собрали больше 150 кг теплых вещей и обуви для отправки в Молдавию.

Подобное переключение и помогает не выгорать. Но также для меня важно работать на результат. Когда понимаешь, что через пять лет триста детей в этом поселении будут возить на экскурсии к нам в центр, просто вдохновляешься, берешь и делаешь. 

– Как вы решаете, кому помогать: это какой-то случайный выбор или все-таки есть некая градация нуждающихся?

– У крупных фондов есть целые формулы, которые помогают рассчитать, кому лучше, а кому хуже. Я изучала именно сам подход, но он пока для нас нерелевантен, мы маленькая организация. Работаем только с конкретными людьми, когда они сами находят наши контакты, и даже если мы ничем не можем помочь, обязательно направляем их к своим коллегам или местным благотворителям. В основном обращаются те, кто попадает под нашу категоризацию, – социально уязвимые семьи. Но мы обязаны проверять все запросы, предварительно общаясь с органами опеки, которые чаще всего, даже если и не вовлечены, знают всю подноготную.

В Молдавии, как правило, поселения маленькие, все друг друга знают. В последнее время и местные организации, с которыми я общаюсь, сами пишут мне. Тот же проект по сбору вещей к школе появился не просто так – нам сообщили, что очень много молдавских мам в пандемию лишились работы и их дети остались неподготовленными к школе. 

– На ваш взгляд, в целом в мире организации благотворительной деятельности уделено достаточно внимания или есть к чему стремиться?

– Мало внимания уделяет этой проблеме государство, а именно в его внимании она нуждается в первую очередь. Очень многим странам необходима сильная система соцзащиты и опеки, соответствующие реально работающие программы. Да, соцсети, платформы, где люди просят о помощи, а волонтеры им помогают, – все это развивается. Но все мы сходимся на том, что необходимы именно государственные механизмы, интегрированные в работу министерств. 

Когда я только начала вникать в реалии здравоохранения Молдавии, я все время задавалась вопросом: почему тяжелобольные дети не могут получить от государства качественные лекарства, вместо них неизменно закупают вызывающие массу пробочных эффектов? Ребенок после химиотерапии просто может не пережить этих побочек. И мы собирали тайком деньги, тайком же привозили из Австрии, Германии хорошие, безопасные препараты. Но так не должно быть. Государство должно прислушиваться к мнению благотворительных организаций, знающих, что происходит внизу.

Во многих странах такое связующее звено уже есть. Мне, например, очень нравится, как в Англии построена социальная сфера. И нужно стремиться к тому, чтобы добиться такого же взаимодействия власти и общественных организаций.

– Как не разочароваться в людях, в том числе близких, которые не хотят помогать, когда ты организуешь очередной сбор средств на лечение ребенка в соцсетях?

– Когда я только начинала, действительно было некоторое разочарование, непонимание. Думаешь: вот проблема, вместе ее можно быстро решить, но нет отклика. Однако потом я убедила себя в том, что у людей, возможно, их парадигма решения или у них есть что-то более важное, на что им нужно направить сейчас силы. У меня есть несколько замечательных друзей, которые никогда не участвовали ни в одной из моих акций. Но я пришла к выводу, что надо разделять: здесь – друзья, а здесь – то, чем я занимаюсь. И это разделение помогает не разочароваться в людях.

Все мы разные, и у кого-то вообще может отсутствовать наша базовая потребность – чувствовать себя значимым, помогая другим. А еще я заметила, что срочные сборы в тех же соцсетях вызывают больше откликов, чем призывы решить проблему системно. Так, однажды мы должны были собрать за сутки на лечение девочки €250, а в итоге собрали больше €2 000. При этом на библиотеку в Молдавии сбор идет медленно.

Поэтому я не расстраиваюсь, а подаю заявки на гранты. И недавно мы получили первый чек от трастов, куда в сентябре отправляли запрос. Помню, открыла конверт, ожидая отказ, а оттуда выпал чек. Именно такие маленькие победы очень важны в нашем деле.

– Какая ваша самая амбициозная цель? Что вы хотите изменить?

– В моей картине мира дети не должны голодать и должны иметь доступ к качественному образованию. Важно, чтобы люди везде чувствовали себя значимыми и нужными. Если ребенок, закончив школу, думает, как побыстрее уехать за границу, потому что в его стране работы нет, – это неправильно, это все истории поломанных судеб. В деревнях, где у детей нет ни к чему доступа и им даже нечего читать, они ложатся спать голодными, думая только о своем голоде день ото дня.

А еще многие малыши попадают в инфекционные отделения с пищевыми расстройствами. И знаете почему? Потому что мамы не умеют вводить прикорм, например дают грудничку… томаты. И матерей нельзя в этом винить – у них просто нет доступа к знаниям. Именно поэтому наш центр в молдавском селении будет прежде всего проводить разные образовательные курсы. Только когда люди получают знания, они начинают хотеть и пытаться что-то сами изменить. Иначе любая помощь будет приниматься просто как данность и не решать проблемы. 

Беседовала Мария Егорова

Познакомиться с деятельностью фонда можно на его странице в «Фейсбуке»
@moldovador1.
Пожертвование можно отправить на счет организации:
HSBC
Dor Moldova
sort code 40-43-26 
account number 42267683 

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.