Пули над Вуди Алленом

Пули над Вуди Алленом

Среди прочих знаменитостей, чья репутация пошатнулась в эпоху #metoo, у Вуди Аллена положение особое. Еще в 1992 году он был обвинен в растлении своей семилетней приемной дочери Дилан. Обвинения строились на показаниях самой девочки и гражданской жены Аллена Мии Фэрроу, с которой они и удочерили Дилан. Стоит сказать, что в том же году Вуди Аллен разошелся с Мией и стал жить с другой своей приемной дочерью, Сун-И, – та уже была на тот момент совершеннолетней, Миа удочерила ее еще до связи с Алленом. К слову, режиссер по-прежнему живет с Сун-И, они, кажется, счастливы, и бывшая падчерица открыто заявляет, что не верит в обвинения, а верит мужу, который продолжает отрицать какие-либо преступные действия.

Активистам #metoo доказательства не нужны, им достаточно самого факта устных свидетельств. Кампания против Вуди Аллена целенаправленно ведется в США уже несколько лет. Она стоила ему контракта с Amazon (Аллен даже подавал на гиганта в суд). Стоила дружбы с вроде бы приличными людьми: Тимоти Шаламе и Селена Гомес, сыгравшие в «Дождливом дне в Нью-Йорке», демонстративно перечислили свои гонорары движению против сексуальных домогательств и публично осудили Вуди Аллена. А вместе с ними осуждать режиссера начал целый ряд других артистов, когда-либо снимавшихся у него. Эти имена напишут в учебниках по истории кино рядом с именем Аллена. Грета Гервиг, Кейт Уинслет, Колин Ферт заявили, что никогда больше не будут работать с Вуди Алленом. Напротив, многие кинематографисты поддерживают Вуди Аллена и не верят в обвинения против него. Что говорить, если даже среди его детей нет на этот счет единого мнения! Например, приемный сын Аллена Мозес Фэрроу даже опубликовал открытое письмо, в котором утверждает, что Дилан Фэрроу, обвиняя отца, действовала под давлением матери. А Мозес, между прочим, работает психотерапевтом и специализируется на травмах, связанных с усыновлением и удочерением, так что к его словам стоит прислушаться.

Через много лет все это, скорее всего, превратится в не слишком забавный курьез для любителей скабрезных подробностей, но новая этика требует новых объектов ненависти, а это сильно сказывается на самом больном месте каждого режиссера – отношении к нему индустрии, финансировании и прокате фильмов. Например, «Дождливый день в Нью-Йорке» ждал выхода в США, да и то в ограниченном прокате, почти полтора года с момента первого показа. А новая картина Аллена, «Фестиваль Рифкина», после более чем холодного приема на фестивале в Сан-Себастьяне не вышла в прокат вообще почти нигде, кроме Испании, Нидерландов, России и Украины. Еще ее вроде бы покажут в Турции. Но больше на IMDb нет ни одной страны с датой кинорелиза. И пусть это отчасти можно списать на коронавирус, но для всех очевидно: прокатчики просто не хотят ставить себя под удар ложных блюстителей морали.

При этом если и стоит смотреть что-то в эти суровые дни, так именно «Фестиваль Рифкина» – ностальгический, интеллектуальный, залитый солнцем, легкий и слегка горький рассказ о неразрывной связи кино, любви и жизни. Главный герой – пожилой посредственный кинокритик Рифкин, мечтающий написать собственный роман. Он приехал на фестиваль в Сан-Себастьяне с красавицей-женой, которая работает пресс-агентом и пиарит фильм новомодного режиссера-конъюнктурщика, сопровождающего свои остросоциальные фильмы псевдофилософскими выкладками. А заодно жена слишком явно кокетничает с режиссером. Поскольку играет его Луи Гаррель, понятно, что устоять перед таким очарованием невозможно. 

Лузер Рифкин понимает, что на этом празднике жизни он лишний. Он и не хотел бы быть своим, ему вся эта ярмарка тщеславия представляется пустой и никчемной. Он-то знает подлинные шедевры кинематографа, ему важно только истинное искусство! Зато он случайно познакомился с симпатичной испанкой, доктором Рохас, и фестиваль сразу приобретает новый смысл. Теперь Рифкин грезит во сне и наяву, проживая в фантазиях обиды и ревность по отношению к жене и приятнейшую влюбленность во встреченную красавицу. 

Все это подано с характерными для Вуди Аллена афористичными прибаутками, многие из которых имеют шансы стать крылатыми. Но что еще забавнее, так это грезы Рифкина, где он и его близкие оказываются внедрены в сцены из классических картин. Вуди Аллен вообще мастер стилизации, это было очевидно и в «Пурпурной розе Каира», и в «Зелиге», и во многих других его работах, но здесь это просто чистое удовольствие.

Рифкин оказывается персонажем хрестоматийных сцен Феллини, Бергмана, Бунюэля, Трюффо, Лелуша, и это не только путеводитель по личному топу Вуди Аллена, но еще и прямое свидетельство одного важного факта, о котором почему-то многие забывают. Он состоит в том, что все глыбы классического кино снимали фильмы не о чем-то абстрактном, а о нас, и для Рифкина, например, нет ничего особенного в том, что он ведет тот же диалог со Смертью, что и герой фон Сюдова в «Седьмой печати». Обстановка та же, но слова другие, да и развязка сцены отличается, однако все эти фильмы – часть души Рифкина, это в каком-то смысле он и есть. Они его главная любовь, его жизнь.

Можно воспринимать фильм как легкомысленную шутку Вуди Аллена для тех, кто так же, как он, любит хорошее кино, а можно – как манифест, чем «Фестиваль Рифкина», пожалуй, и является. Пусть даже и создан он для тех, кто уже много лет не мыслит себе года без нового фильма старины Вуди и переживает страшную ломку, если гарантированное и регулярное удовольствие по каким-либо причинам задерживается.

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.