«Леопольдштадт». Возвращение к истокам

«Леопольдштадт». Возвращение к истокам
Фото

Новая пьеса Тома Стоппарда о жизни еврейской семьи в Вене шла на сцене Театра Уиндема 12 недель. Аншлаги, восторженные отзывы критиков, новый взгляд на старые истории – вот что сопровождало и до сих пор сопровождает «Леопольдштадт». Драму называют эпичной, интимной, тяжелой и трогательной, а еще – вершиной всемогущества драматурга. Чтобы посмотреть спектакль, театралы приезжали в столицу Британии из других стран. На афишах, расклеенных по всему городу, был изображен мальчик с «ниточками», образующими узор, напоминающий звезду Давида. И мало кто знает, что Лео Робертс – наш юный соотечественник, талант и восходящая звезда.

 

Начало 

Тому Стоппарду сейчас 82, пьесу же он написал, когда ему был 81 год. Во многом «Леопольдштадт» – это история семьи самого автора, члены которой погибли в концлагерях. Вот что говорила до мировой премьеры, состоявшейся в январе 2020-го, продюсер Соня Фридман: «Он целый год работал над этой пьесой, но это была пьеса, идею которой он вынашивал много лет. Это красивая, грандиозная, эпическая вещь, которая будет выглядеть в Вест-Энде как сверкающий драгоценный камень. Эта пьеса очень личная». Однако, несмотря на личностность истории, драматург постарался избежать документальности.

О своем еврейском происхождении Том Стоппард узнал от дальних родственников матери лишь в 1990-е, поэтому неудивительно, что он не касался этой темы ни в личных разговорах, ни в своем творчестве. Тем интереснее сейчас наблюдать его возвращение к корням.
Режиссером «Леопольдштадта» выступил Патрик Марбер, который в 2016 году поставил «Травести» Стоппарда на шоколадной фабрике Меньера в Лондоне.

Автора пьес «Розенкранц и Гильденстерн мертвы», «Травести», «Аркадия», «День и ночь», «До-ре-ми-фа-соль-ля-си-Ты-свободы-попроси», «Берег утопии» и многих других часто называют одним из лучших ныне живущих драматургов. Живой классик, чей талант заслужил множество премий, таких как «Тони», «Оскар», «Золотой Глобус», «Золотой лев», «Серебряный медведь», а также премии «Evening Standard» и нью-йоркских театральных критиков.

В 2020 году пьеса «Леопольдштадт» получила премию Лоренса Оливье в номинации «Лучшая новая пьеса».

История Тома Стоппарда

Исторической родиной Тома является Чехословакия, а именно город Злин: в 1937 году в семье евреев родился Томаш Штраусслер. Спустя два года началась немецкая оккупация, а вместе с ней – и гонения на евреев, поэтому вся семья была вынуждена бежать в Сингапур. Однако в 1941 году история повторилась, правда, в другом свете. На этот раз вторглась Япония. Спасая жену и двух сыновей, отец Томаша отправил их в Индию, а сам остался в Сингапуре и погиб. Оставшиеся в Чехословакии родственники также погибли во время фашистской оккупации.
В Индии Томаш стал ходить в англоязычную школу и стал Томом. В 1945 году его мать вышла замуж за офицера британской армии Кеннета Стоппарда, и вскоре они переехали в Англию. Мальчики взяли фамилию отчима.

Родители сделали все, чтобы дети получили хорошее образование. Юность Тома прошла в частных школах-интернатах в Ноттингемшире и Йоркшире. А когда пришло время поступать в университет, Том решил попробовать себя в журналистике и начал сотрудничать с бристольскими газетами. Его основными темами были кино и театр.

Потом начался лондонский период жизни с работой на радио и телевидении, где он писал сценарии, а также работал театральным критиком в журнале «Сцена» (Scene) под псевдонимом Уильям Бут. Тогда Томас и начал писать пьесы, принесшие ему первый успех. Настоящая же известность пришла после «Розенкранц и Гильдерстерн мертвы», на русский язык ее перевел Иосиф Бродский. С тех пор Стоппард написал множество пьес для театра и радио, а также теле- и киносценарии.

История «Леопольдштадта»

Знакомые с творчеством Стоппарда были немало удивлены его новой работой. Здесь все нетипично для него: нет игры слов, нет характерного сарказма и черного юмора, нет остроумных философских концепций, нет нелинейности и сложной конструкции сюжета. Вместо этого – жизнь одной семьи на протяжении четырех поколений и горькие размышления. Работа режиссера Патрика Марбера, взявшегося за эту сагу, такая же – эпичная и интимная. 55-летняя история семьи, которая разворачивается в одной гостиной и где из 40 человек к финалу приходят лишь немногие.

Канун 1900 года. В Вене собирается праздновать Рождество благополучная еврейско-австрийская семья торговца тканями Германа Мерца. Это ассимилированные евреи, надеющиеся расширить свое влияние и выйти за пределы еврейского квартала Леопольдштадта, ведь они доказали свою благонадежность, да и ситуация в этом европейском средоточии наук, искусств и психологии более чем обнадеживающая.
На верхушку рождественской елки один из мальчиков водружает звезду Давида, и это смешение культурно-религиозных традиций можно было бы счесть хорошим знаком, тем более что сам глава семьи Герман Мерц, женатый на австрийке, строит радужные планы на будущее. Европа конца XIX века очень располагала к таким мечтам – на фоне свобод Австро-Венгрии, где евреям предоставили полные гражданские права, социальных реформ и экономического развития в целом. Вместо всеобщего счастья и еще большего процветания Европа получила хаос и разрушение: Первая мировая, Хрустальная ночь 1938-го, растянувшаяся на годы, Вторая мировая война с Холокостом…

Следующая сцена, 1926 год, и молодое поколение точно так же с оптимизмом смотрит в будущее, но воздух уже наполнен предчувствием надвигающейся катастрофы….

Спустя десятилетие события достигают почти пика драмы, перемалываются в мясорубке войны судьбы Мерцев-Якобовичей: дом постепенно приходит в упадок, а процветающая некогда торговля тканями уничтожена. При всех ужасающих переменах одно остается неизменным – члены семьи не прекращают играть в игру «колыбель для кошки». Стоппард не был бы Стоппардом, если бы не применил излюбленный алгоритм. Эта метафора – символ семейных уз: как бы они ни видоизменялись, суть остается той же.

Финал пьесы – о важности истоков. Один из персонажей, Леонард Мерц, появляется, когда на дворе середина 1950-х. Это абсолютный британец, который ни разу не воспринимает себя евреем и начисто забыл о своем раннем детстве. «Ты помнишь? Не помнишь? Ты что, не можешь вспомнить? Почему ты не можешь вспомнить?» – спрашивают его немногочисленные выжившие родственники. А на экране тем временем появляются портреты всех исчезнувших героев пьесы с надписью на каждом: «Освенцим», «Дахау», «Марш смерти»

История Лео

Лео Робертс исполнил в «Леопольдштадте» роль Джейкоба, того самого мальчика, который украсил елку звездой Давида. Лео наполовину русский, правда, он никогда не был в России, но благодаря своей маме Элине знает и любит ее. В силу юного возраста Лео вряд ли осознает глубину истории, в которой ему посчастливилось проявить свой актерский талант. Детских ролей в спектакле немного, и почти все они без слов. А Лео повезло: у него полноценная роль, а после его фраз «Мама, иди посмотри на елку!» и потом «Мама, ты не смотришь!» зал взрывается смехом и аплодисментами. Он знает наизусть тексты всех персонажей и дома разговаривает целыми фрагментами – настолько вжился в постановку. При всей очаровательности такого поведения домочадцам иногда бывает нелегко это выносить, но тут уж ничего не поделать.

Спектакль можно смотреть с 12 лет, поэтому занятым в нем детям не рассказали об исторической правде и о содержании пьесы, а во избежание досадных случайностей и душевных травм выделили отдельную комнату для ожидания. Несмотря на это, младший брат Лео, 9-летний Зак, настоял на том, чтобы мама взяла его на спектакль, а она в доступных ему понятиях объяснила, о чем история. Это уже потом Зак пересказал все Лео, и было сложно отказать ему в походе в театр в качестве зрителя (спектакль шел в разных составах). По рассказу Элины, Лео простоял не шелохнувшись два часа – билетов на сидячие места было не достать. Игра других актеров так его вдохновила, что свой следующий спектакль он сыграл чуть иначе, добавив новых красок.

Дополнительный нюанс участию Лео в «Леопольдштадте» придает то, что его прадедушка – ветеран Великой Отечественной войны, участвовавший в освобождении Дессау, где была семья Тома Стоппарда. Лео мечтает приехать в Россию, но пока не получается. И не очень ясно, то ли присланные бабушкой из России сладости способствуют этому желанию мальчика, то ли рассказы мамы о Москве, о соборе Василия Блаженного, о красоте страны, о рыбалке, наконец.

Выступая на одной из лучших лондонских сцен, Лео строит грандиозные планы: мечтает пригласить на спектакль не только простых россиян, но и самого Владимира Путина. «Может, стоит наладить отношения с президентом?» – шутят в семье. Вообще же он собирается стать премьер-министром Великобритании, а не актером, хотя сейчас довольно активно занят в этой сфере. Лео учится в театральной и киношколе Анны Фиорентини (Anna Fiorentini Film & Theatre School), где оттачивает исполнительское искусство. В прошлом году вместе с младшим братом Заком Лео снялся в рекламе Лондонского аквариума и телешоу Little Shots, а сейчас принимает участие в записи образовательных программ на Youtube для иностранцев, изучающих английский язык, – у него чистейшая речь без новомодных интонаций и акцента. Но, как это часто бывает, мама видит будущее несколько иначе. Путь, нарисованный ею для мальчиков, – медицина, юриспруденция или финансы.

Подготовила Ясмин Шамцян

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.