Андрей Звягинцев: «Я абсолютный счастливчик»

Андрей Звягинцев: «Я абсолютный счастливчик»

Российский фильм «Нелюбовь» получил главный приз Лондонского фестиваля. Незадолго до объявления победителей «Англия» задала несколько вопросов режиссеру Андрею Звягинцеву и продюсеру Александру Роднянскому.

— Понятно, что для любого российского продюсера это победа — привозить российские фильмы на мировую арену. И с фильмами Андрея это происходит в самом наилучшем варианте. Каково это ощущение для российского продюсера?

Александр Роднянский: — Как и для любого другого продюсера, это важнейшее дело. Все киноиндустрии мира, за исключением англоязычной, с трудом пересекают границы своих языковых зон. Даже самая большая независимая индустрия мира, французская, традиционно успешно существовавшая на территориях вне ареала распространения французского языка, с каждым годом сталкивается все с большим количеством сложностей. Поэтому появление фильмов, которые могут пересекать границы, при этом оставаясь востребованными для собственной аудитории, — это главная задача любого продюсера, да и всех, кто делает кино. И здесь лишь два пути.

zvyag2

Photo by Tim P. Whitby/ Getty Images for BFI

Первый путь — это авторский кинематограф, в котором ценятся индивидуальность интонации, свежесть художественного высказывания и глубина понимания окружающей жизни автором, режиссером. Маршрут этих фильмов определен: через окна и двери больших фестивалей — это своего рода навигаторы интереса аудитории, заинтересованной в таком кино. Поэтому три фильма, которые мы делали с Андреем, счастливо выходили из каннских ворот и дальше путешествовали по миру в той или иной степени успешно, по нарастанию. Очень любимая мною «Елена» вышла скромнее, чем «Левиафан», который оказался очень резонансным и в России, и далеко за ее пределами. Но «Нелюбовь» стартовала еще успешнее во Франции и Бельгии. Есть ощущение, что она станет самой понимаемой историей, при этом совершенно без отрыва от аудитории, для которой создавалась в первую очередь — для российской.

Второй путь — это научиться делать тот жанровый кинематограф для массовой аудитории, который создают большие голливудские компании. Я всегда считал этот путь иллюзорным. Дело даже не в деньгах, рынках и умениях — самое главное, что здесь авторы теряют индивидуальность, теряют все, что имеет отношение к культурным национальным кодам. Условно говоря, попытка Люка Бессона придать французский акцент массовому комиксу усложняет восприятие его фильмов в США. Поэтому победа отечественного фильма на территории авторского кино для меня трижды важнее, чем в жанровом кино. Это большая удача и внутренняя реализация тех чувств, которые тебя привели в кино.

loveless1

Кадр из фильма «Нелюбовь»

— Тогда напрашивается следующий вопрос. Андрей, можете ли вы назвать себя везучим режиссером?

Андрей Звягинцев: — Я говорю уже пятнадцать лет — я абсолютный счастливчик. Как-то счастливым образом складываются обстоятельства. Найти себя, когда тебе тридцать девять лет и когда у тебя за спиной актерское образование и больше ничего: ни профессии, ни дома, ни связей, — десять лет абсолютного безвременья с 1990-го по 2000-й?! Это был кошмар, ощущение катастрофы. Помню, дал себе слово, что сейчас сниму еще одну проклятую рекламу, на эти деньги куплю маленькую пленочную камеру и сниму свой фильм — у меня был замысел, который пока остался замыслом — и что если летом 2000 года я этого не сделаю, то… Это было ужасное, самоубийственное состояние — не мысли о суициде, но ощущение «все, стоп, дальше так нельзя». И вдруг Дмитрий Лесневский говорит: «А давай снимем полнометражное кино?» Мне, с актерским образованием? Я ушам не поверил. Дважды переспросил. Конечно, это абсолютное счастье — реализоваться, но ты не знаешь, это твое призвание или нет, пока не попробуешь. Когда мы сделали фильм, «Возвращение», я принес его Лесневскому на просмотр. Собрались несколько человек, я сижу впереди, включаю плеер и я чувствую спиной вопрос — «что же это будет?» И к концу фильма появилось ощущение, что получилось. А уже потом была Венеция, и то, что произошло там, я называю своим вторым рождением.

zvyag3

Photo by Tim P. Whitby/ Getty Images for BFI

Александр Роднянский: — Вот это удача. Потому что когда делается фильм со стороны, вне киноиндустриального процесса, причем там не только режиссер дебютант, но продюсер дебютант — до этого он был совершенно телевизионный человек. Они сделали фильм, послали через очень опытного, но все же русского дистрибутора на фестивали, и вдруг в последний день отбора фильм смотрят в Венеции и приглашают участвовать на кинофестивале в Венецию. Я был на премьерном показе, и нам там аплодировали очень долго — а это своего рода индикатор успеха на международных фестивалях. Люди там, конечно, вежливые и аплодируют всегда, и об успехе можно судить по длительности и интенсивности аплодисментов. Бывают вежливые аплодисменты, а бывают настоящие — и там были настоящие. И они получили не только льва за лучший дебют, но и награду за лучший фильм. Это до сих пор уникальный случай: получить два золотых льва одновременно.

loveless2

Кадр из фильма «Нелюбовь»

— После этого нельзя не спросить: что бы вы сказали людям, которые делают свой дебютный фильм?

Андрей Звягинцев: — Верьте в свое видение, в свой замысел: чрезвычайно важно, чтобы никто не сбил вас с толку. Потому что тогда и некому будет предъявить. Чтобы убедиться, что ты сделал именно свой фильм, чтобы не было никаких сослагательных фигур вроде «вот тут мне не дали, вот тут мне подсказали, я зря послушал». Вот фильм «Возвращение» — помните там ящичек? Все мои друзья, все, кому я доверяю, кого я очень ценю, говорили: «Так нельзя. Этого нельзя делать. Ящик нужно обязательно открыть». Я не мог объяснить, почему я не могу этого сделать, но я точно знал, что я не должен его открывать. А еще в 2004 году в Польше на фестивале операторских работ мы познакомились с Дэвидом Линчем, разговорились, и даже без какой-то просьбы дать совет он сказал: «Вы должны помнить два обстоятельства. Первое: вы должны быть абсолютно, тотально счастливы на площадке, это не должно быть тягостно. И второе: никому никогда не позволяйте своими длинными пальцами…, — и он изобразил словно водоросли перед лицом — …влезать в ваш замысел».  Надо доверять интуиции — потому что творческий процесс, авторское высказывание главным образом находится в сфере интуиции. Чаще всего режиссер и аудитория находятся в плену клише, форматов: «Так принято, в третьем акте должно происходить то-то». Но нет — не надо как принято, надо доверять чему-то спонтанному, случайному, тому, что снится, тому, что подсказывает интуиция: сделай это так. Надо доверять этому голосу.

Беседовала Вера Щербина

Верхнее фото: Tim P. Whitby/ Getty Images for BFI

О лучших фильмах Андрея Звягинцева читайте здесь

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.