tickets
tickets

Опять популист пробился в президенты

Опять популист пробился в президенты
Фото:commons.wikimedia.org

Кто бы мог подумать, что в начале третьего тысячелетия от рождества Христова станет модно во всех грехах человечества винить демократию?

Зураб Налбандян

Фигура противоречивая

Кто виноват в том, что в 2016 году британцы предпочли проголосовать за «Брекзит»; американцы выбрали президентом Дональда Трампа; австрийцы своим канцлером – Себастиана Курца; французы пропустили во второй тур президентских выборов Марин Ле Пен, а итальянцы умудрились провалить на выборах ведущие политические партии и усадить в кресло премьер-министра человека, которого поддерживают сразу два популистских движения?

Удивился ли кто-нибудь тому, что бразильцы на днях избрали своим президентом Жаира Болсонару, про которого ВВС намедни писала: «… фигура как минимум крайне противоречивая. Предположить его появление в политическом мейнстриме еще десять лет назад было совершенно невозможно».

Позвольте, но при чем тут демократия, которая представляет собой всего лишь всенародный выбор политиков, которым будет поручено управлять государством? Разве она виновата в том, что голосующие народные массы поддержали того или иного политика на высокий пост? Или в том, что идеи, предложенные Трампом, понравились им больше, чем те, которые предлагала Хиллари Клинтон?

Загадка Остапа Ибрагимовича

Одна из великих загадок характера Остапа Бендера – почему он так стремился именно в Рио-де-Жанейро? Разгадки нет ни в самих романах о турецкоподданном жулике, ни в черновиках и записных книжках авторов, которые сами никогда не бывали в благословенном городе мечты их героя. Не нашли достоверных ответов и дотошные литературоведы.

Есть только догадки. Одна из них – сама напрашивается. Исторически так сложилось, что прежняя столица Бразилии никогда не знала войн, крупных социальных потрясений и природных катаклизмов. Наоборот — вечное лето, обилие ресурсов (еды, воды, чистого воздуха и земли) не вынуждало потомков аборигенов, португальских конкистадоров, многочисленных африканских рабов и просто искателей лучшей жизни потом и кровью отвоевывать себе место под солнцем.

Отец моего приятеля, работавший в 30-х годах прошлого века в советских дипломатических представительствах в Южной Америке, подтверждал, что первое посещение Рио действительно вызывало у новичков из Европы и даже США чувство восхищения. Словом, место было и правда почти полусказочное.

Но если столетие назад его красоты приводили в восторг, то теперь Бразилия – это еще и одна из ведущих стран мира. Пятая на планете по размерам территории, пятая же по количеству населения (более 200 млн человек). Впечатляют и масштабы экономики. Буква «Б», с которой начинается аббревиатура стран БРИК, символизирует собой как раз Бразилию.

Впрочем, несмотря на богатые природные ресурсы, наличие рабочей силы и достаточно качественные университеты, Бразилия долгое время не могла добиться заметных успехов в экономике и вырваться в число ведущих мировых держав. А национальную валюту столько раз переименовывали, чтобы избавиться от последствий дикой инфляции. И только к самому концу ХХ века в руководство страной пробились люди, способные поставить экономику на крепкие и надежные рельсы.

Но это, как известно, не так-то просто и требует немалых жертв от населения. Политика строгой экономии и затягивания поясов вызвала недовольство среди беднейших слоев жителей Бразилии. Приблизительно треть населения живет за чертой бедности. Страна по-прежнему продолжает поставлять мировому футболу игроков экстра-класса, но едва блеснув выдающимся талантом на родине, они уезжают играть в знаменитые, а главное, богатые клубы Европы, Китая, Северной Америки.

Популярный в России писатель и журналист Юлия Латынина напоминает, что в ХIX веке, когда Британия была империей и владычицей морей, «…британское уважение к правам человека, к правам личности не распространялось ни на завоеванные народы, ни на нищие сословия. Нищета была чудовищная. В Британии тогда существовали не просто ночлежки, где люди спали вповалку по сотне, а там бывали такие ситуации – натягивается специальная веревка, и на этой веревке люди спали стоя. Если бы этого в Британии тогда не было, если бы в Британии тогда были те же самые социальные гарантии, как сейчас, то не было бы и Британской империи, не говоря уже о том, что все люди, которые создали Британскую империю, от генерала Гордона до Фрэнсиса Дрейка, сейчас попали бы в международном суде в Гааге по полной программе».

Исследования, проведенные американскими учеными Метью Лейтоном из Университета Огайо и Эми Эрикой Смит из Университета штата Айова и автором книги «Религия и демократия в Бразилии: мобилизуя верующих» (готовящейся к выходу в свет в издательстве Cambridge University Press в 2019-м), показали, что избирательная кампания Болсонару обострила застарелые разногласия и противоречия в бразильском обществе. Несмотря на укоренившийся за этой страной авторитет «расовой демократии», расовая и гендерная дискриминация широко распространены. Ученые обнаружили также наличие в стране нескрываемой ненависти к представителям ЛГБТ и уголовных преступлений по отношению к этим людям.

Лейтон и Смит полагают, что сторонники Болсонару ждут от него теперь скорого выполнения популистских обещаний, данных во время избирательной кампании. Вместе с тем, они опасаются, что это может вызвать обострение политической борьбы и привести к значительному расколу в бразильском обществе. Не исключены также уличные столкновения в бразильских городах.

А как по Аристотелю?

Интересно, что вопрос о том, какой тип государственного правления наиболее оптимальный, волновал еще древних греков. 2300 лет назад Аристотель, прозванный наряду с Платоном «отцом философии», описал этапы развития и судьбу демократии в недоразвитом обществе. «Недоразвитым» Аристотель считал такое общество, в котором отсутствует или уничтожен средний класс, т. е. класс, основным свойством которого является стремление к интенсификации труда в производстве материальных ценностей.

Photo by flickr.com/Kevin Walsh

Аристотель различал четыре основные типа государственного устройства:

– монархия – правление одного человека, пришедшего к власти на законных основаниях либо по наследству, либо всенародным избранием, т. е. термины «монарх» и «президент» идентичны;

– тирания-диктатура – правление одного человека, захватившего власть без всенародного избрания; (заметим, что сам Аристотель резко отрицательно относился к тирании: «Тираническая власть не согласна с природой человека». «Чести больше не тому, кто убьет вора, а тому, кто убьет тирана»);

– олигархия – правление нескольких семей (родов);

– демократия – правление народа.

Лучшим из государственных устройств он считал монархию, худшим – демократию в обществе, где средний класс лишен власти. «Демократию и тиранию, если считать их видами государственного устройства, то уж наихудшими из всех». При установлении демократии, т. е. правления народа, первыми ее «плодами», т. е. «свободами», начинают пользоваться наиболее неустойчивые элементы общества: демагоги (люди, дающие необеспеченным неосуществимые обещания в своих эгоистических целях) и преступники разного рода. «Самое печальное, – писал Аристотель, – возможность полной замены порядка, это устраивается теми могущественными лицами, которые не желают подчиняться грозящему им суду»; «Решающее значение будут иметь постановления народного собрания, а не законы, что достигается через посредство демагогов. В государствах, где решающее значение имеет закон, демагогам нет места»; «В демократиях, где народная масса господствует над законами, этим пользуются демагоги, их борьба с состоятельными людьми постоянно разделяют государство на две части»; «Это удается им, ибо в демократиях льстецы народа в почете, ведь демагог – это льстец народа».

У этого же автора читаем: «И выходит так, что демагоги становятся могущественными вследствие сосредоточения верховной власти в руках народа, а они властвуют над его мнениями». Это удается демагогам в первую очередь вследствие того, что «демагоги, желая польстить народу, требуют раздела имущества знатных, они наводят на богатых изветы, чтобы получить возможность конфисковать их имущество».

И Аристотель высказывает свое мнение: «В демократиях следует щадить состоятельных людей и не подвергать разделу не только их имущество, но и их доходы» (выделено мной. – З.Н.). Это положение Аристотеля выдержало экзамен тысячелетий.

________________________________________________________

ВАМ МОЖЕТ БЫТЬ ИНТЕРЕСНО

Бразильское кино как социально-политическое зеркало

 

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.