Ах, война, что ж ты сделала, подлая

Ах, война, что ж ты сделала, подлая
Шесть из десяти человек по всей планете в той или иной мере ощутили на себе эту войну. Это одна из темных страниц в истории человечества //flickr.com/archivesnz

11 ноября исполнилось 100 лет со дня окончания Первой мировой войны 

Зураб Налбандян

В нашем роду было двое мужчин, участвовавших во Второй мировой войне. Оба – дядя Борис, приходившийся младшим братом моей бабушке, и дядя Булат – двоюродный брат моей мамы – ушли на фронт добровольцами. Первый прошел войну, как говорится, «от и до», был ранен в легкое, потом снова воевал, дошел до Берлина и даже привез мне трофейный подарок – великолепную губную гармошку. Правда, играть на ней я так и не научился, поскольку, как заключили мои родители, учившиеся в консерватории, я был «совершенно лишен музыкальных способностей».

Дядя Булат тоже был ранен. В ногу. Пуля прошла навылет, но задела какие-то важные кровеносные сосуды, и выходное отверстие долго не заживало. Дядя, между тем, рвался обратно на фронт и всячески скрывал от врачей незаживающую рану. В конце концов ему удалось провести молодого доктора и получить разрешение отправиться в действующую армию. Пытался воевать и дальше, но опытный военврач отправил моего 19-летнего дядю домой. Подарков мне он не привез, зато уже в мирные времена написал стихотворение, которое потом знала и пела вся Советская страна: «Ах, война, что ж ты сделала, подлая». В 1958 году, когда эта песенка, переписанная на магнитофоны, гремела из всех московских окон, мне было 13 лет. Но примазаться к дядиной славе я не мог. Мешало слово «подлая», которое мой подростковый мозг никак не мог объяснить.

Однажды, когда мы вдвоем гуляли по лесу, я, осмелев, спросил: почему у него война подлая? «А какой ей быть?» – удивился дядя. Потом, неторопливо закурив махорочную сигарету «Дымок», обнял меня за плечи, – Сколько у вас в классе учеников?» «32», – выпалил я. «Потерь нет?» – строго спросил дядя. «Каких потерь?» – растерялся я. «Ну, никого еще не убило?» Тут я совсем оторопел. «А кто нас будет убивать?» «Да ты не переживай, – улыбнулся дядя, – это я так, шутки ради». Потом рассказал, что когда он впервые прибыл на фронт, в их артиллерийской батарее было 20 человек. Потери составили 19 человек, выжил он один. Домой возвращались молча. У меня больше вопросов не было.

Современники говорили, что это будет война, которая положит конец всем войнам, но грубо ошиблись. Первая мировая началась 1 августа 1914 г. с провокации и закончилась первым перемирием 11 ноября 1918-го. Влияние на территории и страны, которые участвовали в войне, было столь велико, что подвести ее итоги и заключить Версальский мирный договор стало возможно только в середине 1919 года. Шесть из десяти человек по всей планете в той или иной мере ощутили на себе эту войну. Это одна из темных страниц в истории человечества.

Кто проиграл Первую мировую?

Всем известно, что выиграли страны Антанты, а проиграли государства Четверного союза – Германия, Болгария, Австро-Венгрия и Османская империя. Все так – и не так.

Антанта выиграла по формальным признакам: Германия и Болгария потеряли часть территорий, и они долго выплачивали репарации; Австро-Венгрия и Османская империя были расчленены и перестали существовать. Страны Антанты провели парады победы и некоторое время испытывали, выражаясь по-советски, «чувство глубочайшего удовлетворения». Но к середине 1930-х гг. это чувство иссякло. Почему? Да потому, что победа в Первой мировой оказалась призрачной.

После окончания Первой мировой оказалась затертой тема вины за ее развязывание. Немцы, австрийцы, венгры, болгары и турки своей вины не признали; в странах бывшей Антанты левые объявили виновниками прошедшей бойни всех «империалистов» без разбора, уравняв агрессоров с жертвами. Но в развязывании войны виноваты конкретно Германия, Австро-Венгрия и Османская империя (роль Болгарии – отдельная тема). Сербия, Россия, Франция и Бельгия были жертвами агрессии, а Англия и США пришли им на помощь.

Фото: wikimedia.org

«Сумрачный германский гений» долго готовил мировую бойню – ради захвата чужих земель и господства в Европе. В Германии еще в XIX веке популярность приобрели крайний национализм, расизм и антисемитизм. В этой стране распространялась теория «Жизненного пространства на Востоке» (Lebensraum im Osten) – план захвата новых территорий, прежде всего – в России (поэтому нелепы рассуждения о том, что Россия могла бы остаться в той войне нейтральной). Об этом писал Фридрих Ратцель в своих книгах: он применил теорию социального дарвинизма к отношениям между народами – нации и государства – это живые организмы, сражающиеся между собой за жизненное пространство. Lebensraum im Osten стала идеологией массовых организаций – Народного движения и Всегерманского союза, выступавших за «расширение жизненного пространства». Немцы зачитывались писаниями и таких шовинистов, как Карл Евгений Дюринг и основатель «Лиги антисемитов» Вильгельм Марр – автор памфлета «Путь к победе германства над еврейством». Культ национального и расового превосходства вкупе с культом насилия черпали духовные опоры в мистике и мизантропии Шопенгауэра, утверждавшего, что качества человека предопределяются качествами его предков.

Младотурки

Ближе всего к нацизму и в теоретическом, и в практическом смыслах подошла Османская империя при режиме младотурок (1908-18 гг.). Официальной идеологией режима стали пантюркизм и панисламизм, т.е. объединение всех тюркских народов и всего исламского мира в рамках Османской империи. Младотурецкие пропагандисты впервые на Востоке начали пропагандировать идею «высшей расы» – естественно, турецкой. Они грезили о создании «Великого Турана» от Босфора до Алтая и от Казани и Крыма до Индийского океана. В 1909 г. младотурки организовали армянскую резню в Киликии. По самым минимальным оценкам, было уничтожено не менее 2 млн. христиан. Таковы были чудовищные результаты уродливого слияния исламской нетерпимости с европейскими теориями XIX века – национализмом, шовинизмом и расизмом. Неудивительно, что Гитлер прямо называл устроенный младотурками геноцид армян примером для нацистской антиеврейской политики.

По другую сторону

В странах будущей Антанты ничего подобного не было. Во Франции, во время процесса Дрейфуса, сложилось целое движение – антидрейфуссары, но оно, в отличие от Германии, не пыталось сформулировать единой националистической идеологии, ограничиваясь примитивными антисемитскими сентенциями. После оправдания Дрейфуса движение распалось, а его активисты, многочисленные в основном в офицерской среде, подверглись общественному бойкоту и увольнениям со службы. Британские шовинисты и экспансионисты были немногочисленны и маловлиятельны; единственный более-менее известный «апостол» теории «расы господ», Хьюстон Стюарт Чемберлен, переселился в Германию, где приобрел благодарного слушателя, которого на родине у него не было. В России в начале ХХ века черносотенцы были многочисленны и влиятельны, однако представляли собой архаические, примитивные структуры, как будто выплывшие из Смутного времени. Россия, Франция, Англия и США даже колониальные захваты обосновывали либо необходимостью защиты соотечественников и христиан, либо уничтожением рабовладения, но в любом случае, хотя бы лукаво, но апеллировали к идеям гуманизма.

__________________________________________________________________________________

День памяти-2018: красные маки и Тауэр в огнях

___________________________________________________________________________________

С кем имели дело?

Демонстративное зверство по отношению к противникам и к негерманцам вообще стало знаменем Германии и Австрии уже тогда, когда Гитлер еще был юнцом. Неудивительно, что, начав мировую войну, немцы сразу нарушили все законы войны и правила, установленные международными Гаагскими конвенциями: гнали перед своими частями пленных, бомбили мирные города, использовали отравляющие газы и запрещенные зазубренные штыки и разрывные пули. Страны Антанты, разгромив Германию и ее союзников, не смогли понять, с кем, собственно, они имели дело – воевали они с новой идеологией, отрицающей христианскую мораль и европейский гуманизм.

Антанта не воспользовалась военной победой над германским, австрийским, турецким протонацизмом – и проиграла свою победу. Не хватило мудрости политикам и общественности, не хватило и военных сил – на длительную оккупацию побежденных стран. Не хватило энергии для противостояния левым, требовавшим «мира без аннексий и контрибуций», т.е. морального уравнивания агрессоров с жертвами агрессии. Победители не знали, что делать с погрузившейся в большевистский мрак Россией, не решились бросить войска против кемалистов в Анатолии, несли потери от действий ирландских, албанских, афганских повстанцев… Им просто было не до того, чтобы пресекать кровожадные устремления побеждённых немцев и австрийцев.

А что, если…

Представим себе: если бы в 1945-м Германия не была бы оккупирована, не было бы денацификации и НСДАП (например, изгнали бы Гитлера на какой-нибудь остров Вознесения), открыто, в рамках демократии, обличала бы несправедливость Потсдамской системы, взывала бы к немецкому патриотизму и напоминала народу Германии, что они, нацисты, ликвидировали безработицу, построили автобаны и подарили трудящимся автомобили «Фольксваген», а бессовестные евреи, подкупив американское, британское и советское руководство, разрушили построенный ими немецкий парадиз… После 1918 г. была создана примерно такая ситуация. И из-за этого в 1939-45 гг. было уже 82 миллиона погибших: Освенцим, разрушенные Ковентри и Дрезден, отравленные газом защитники Аджимушкая, сгоревшие заживо жители Гамбурга, миллион погибших ленинградских блокадников. Все это – следствие незаконченности Первой мировой войны.

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

1 Comment

  • Karina
    16.11.2018, 11:46

    Хорошая статья, разложено все по полочкам и разжевано, усваиваемое изложение и факты.

    REPLY

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.