Изгнание порока

Изгнание порока
«Типичная» сцена времяпрепровождения грешников елизаветинского времени: игра в кости в борделеwikimedia.org

Борьба с Католической церковью, «гусочки» в пьесах Шекспира и конец веселых лет Саутварка

Все могут короли?

Три короля подряд отдавали приказы очистить территорию Саутварка от злачных заведений. Первым был Генрих IV, который включил его в юрисдикцию Лондона и расширил полномочия лорд-мэра – теперь лондонская полиция могла пытаться навести порядок в анархистском углу.

Но решались на такое только отдельные смельчаки, ведь это было смертельно опасно. К примеру, некий французский моряк убил жительницу Саутварка в ее собственном доме, а затем скрылся от наказания в церкви Святого Георгия-мученика (церкви тогда предоставляли убежище преступникам, если им грозила смертная казнь). После переговоров через церковные двери лондонская полиция согласилась не отправлять убийцу на виселицу, а вместо этого конвоировать его в Дувр и отправить во Францию на первом же корабле.

Но на выходе из церкви полицию и убийцу уже ждала огромная толпа мстительно настроенных женщин Саутварка, которые отбили француза у полиции, долго гнали его вдоль главной улицы, пока загнали в тупик, где и забили камнями. После этого редкий полицейский был готов патрулировать улицы Саутварка, и закон был благополучно забыт.

Церковь Св. Георгия-мученика, в которой прятался французский моряк. Photo by wikimedia.org

Генрих V решил подойти с другой стороны и запретил гражданам Лондона сдавать здания под публичные дома. Это служило источником дохода для многих респектабельных представителей церкви, торговцев и государственных чиновников. Но запрет легко обошли, сдавая дома через посредников.

Наконец, Генрих VI попытался справиться с проблемой демократическим способом и создал комиссию из 20 уроженцев Саутварка для окончательного решения вопроса. Комиссия заседала и постановила, что Лондон должен создать специальные отряды полиции нравов, которые бы занимались исключительно вопросом публичных домов, их обитателей и завсегдатаев. Король так и поступил был, но его отвлекла Война роз.

Следующий король Эдуард IV отличался легким нравом, поэтому и к публичным домам  относился благосклонно. В качестве единственной меры контроля он потребовал, чтобы обращенные к реке стены были выкрашены в белый цвет. Так что теперь для пассажира проплывавшей мимо лодки Саутварк выглядел как сплошная белая стена, белизну которой нарушали только красочные гербы таверн или окна, в которые женщины зазывно выставляли голые груди.

Против секса и католиков

Однако король Генрих VIII все-таки положил конец лондонскому «кварталу красных фонарей». У него был солидный повод: моряки из Испании и Франции завезли в Лондон сифилис. Болезнь быстро связали с публичными домами и скоро пришли за их основными спонсорами — представителями Церкви. Антиклерикальные памфлеты того времени критиковали сексуальную этику Католической церкви («Зачем женщине заниматься тяжелой работой за три пенса, если за ночь с монахом она может заработать в семь раз больше?»), а Католическая церковь в ответ объявляла авторов памфлетов еретиками. Зрело социальное напряжение. Началась Реформация.

Как известно, основная цель Реформации была экономической природы: сделать так, чтобы налоги, которые раньше отправлялись в Ватикан, оставались в королевской казне. Однако, чтобы заручиться поддержкой широких слоев населения, экономические причины нужно было прикрыть идеологическими. Поэтому формально новая Английская церковь стала противником старой, католической, пособничающей грехам и эксплуатации.

Одной из первых королевских прокламаций в роли нового главы Церкви было «закрыть все дома греха в Саутварке». А чтобы закрепить эффект, в 1550 году территория наконец была продана лорд-мэру и шерифам Саутварка (забавно, что целью продажи называлось «сельское хозяйство»). Жестокие лондонские законы о преследовании проституток теперь распространялись на Саутварк: секс-работницам, которых теперь обвиняли не только в греховной торговле, но и в пособничестве Католической церкви, обривали головы, публично пороли, бросали в сточные канавы или в тюрьму.

Меж тем простые бедные женщины Саутварка потеряли последнюю опору. Прежде в сложных обстоятельствах у них был выбор между борделем и монастырем (причем необязательно было идти в монахини — можно было побыть в приживалках или поработать на кухне и в поле, хотя бы крыша над головой и кусок хлеба были гарантированы). Теперь же монашеские ордена были изгнаны из Англии.

Католичка Мария Стюарт ненадолго ослабила притеснение секс-индустрии, заявляя (устами проповедника Вильяма Харрисона), что «публичные дома так же необходимы для общественного благополучия, как уборная в доме добропорядочного гражданина». Однако наследовавшая ей Елизавета I, кажется, вообще не думала о секс-работницах, хотя любила посещать южный берег Темзы, чтобы развлечь иностранных дипломатов боями быков и медведей. Она издала закон, запрещающий строить в Саутварке новые здания без ее личного разрешения — и постепенно жилищный вопрос превратил территорию в трущобы. И в этих условиях расцветало новейшее увлечение лондонцев – театр.

Фрагмент The Agas Map of London, на которой изображены арены для травли медведей и быков, 1591. Photo by shakespearesengland.co.uk

Шекспир и «гусочки»

Хотя сейчас центром театральной жизни считается Западный Лондон, первые два лондонских театра Theatre и Curtain открылись в Восточном Лондоне в 1576 и 1577 годах соответственно. Это произошло в Шордиче, за пределами городских ворот, где собиралась жаждущая развлечений публика.

Наученные чумой городские власти старались предотвращать скопления людей: разделавшись с публичными домами, они взялись за закрытие театров, выдавливая стартаперов безбожными ценами на аренду.

Шордичские хипстеры не смутились и просто переменили место прописки, переместившись… в Саутварк. Театры Rose (1587), Swan (1595) и Globe (1599) открыли двери для публики, и именно трущобы Саутварка дали тридцатилетнему драматургу Уильяму Шекспиру возможность составить такое глубокое представление о человеческой природе.

Проститутки, они же «гусочки Винчестера», напрямую упоминаются по крайней мере в двух пьесах: «Генрих IV» и «Троил и Крессида». Но главное посвящение Саутварку — это сэр Джон Фальстаф, переходящий персонаж и совершенно реальный человек, владелец гостиницы «Голова кабана». И если вы хорошо помните пьесы Шекспира, то узнаете в спутнице Фальстафа — Doll Tearsheet, Куколке Рваные Простыни — одну из «гусочек».

Типичный Саутварк в 1889 году. Photo by wikimedia.org

Но это были последние искры некогда жаркого и гостеприимного костра. К власти пришел Оливер Кромвель, последние приюты развлечений или были запрещены, или разорились в обстановке строгой экономии военного времени. Затем случились Великий пожар и очередная чума. Проститутки рассеялись по всему Лондону — в 18-м и 19-м веках их территорией стал Ковент-гарден, а Саутварк отошел под торговые склады для представителей, как их называли, «вонючих профессий»: кожевенников, производителей уксуса и так далее.

На «кладбище одиноких женщин» еще время от времени хоронили отлученных от церкви, но в 1820 году оно было зажато зданиями, и в итоге вход туда запретили из соображений безопасности для здоровья. Попытки превратить место в парк не встретило одобрения властей — и оно превратилось в забытый всеми пустырь, пока о трагическом прошлом Cross Bones не узнали в конце 20-го века.

Подготовила Вера Щербина

ЧИТАЙТЕ ВСЮ ИСТОРИЮ ЗЛАЧНОГО САУТВАРКА В НАШЕЙ СЕРИИ:

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ. КЛАДБИЩЕ ОДИНОКИХ ЖЕНЩИН 

ВТОРАЯ ЧАСТЬ. ГРЕШНОЕ ДЕЛО

 

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *

Cancel reply

This site uses cookies and different analytics technologies to monitor how you interact with our Website or obtain data from third parties and collect your browser technical configuration data. Please visit our privacy policy to find more information about cookies.